Яга и Горыныч. Дракон в деле

Я ведь предупреждала, чтобы ты не говорил обо мне всякие гадости.

– Я и не говорил. Только подумал…

– Ну вот и икай теперь. Благо ребра уже зажили, и это совсем не больно.

– Да?! – возмутился Горыныч, на мгновение обернувшись. – Тебе легко говорить… ик! А мне, между прочим, неприятно!

– Мне тоже. Но тебя это не останавливает, правда?

– Ик! – негодующе икнул парень и шумно раздул ноздри. – Ну почему ты такая гадкая, а? Ты… ик! Это вообще на мне работать не должно!

Я негромко фыркнула.

– Но работает же.

Так что теперь я буду точно знать, когда ты подумаешь обо мне плохо.

Горыныч резким движением отвернулся и ускорил шаг, продолжая что-то бурчать себе под нос и время от времени оглашая заповедную тропу возмущенным иканием. Другой на его месте, пожалуй, развернулся бы и ушел. Может, замкнулся или же, наоборот, проклял меня, а то и осыпал кучей совсем уж скверных ругательств. А этот не отказался, не передумал и по-прежнему шел только вперед.

Забавно, да?

– Стой, – скомандовала я, завидев впереди небольшой просвет.

 – Пришли. Теперь я первой пойду.

Горыныч, посопев для приличия, отступил в сторону и озадаченно замер, когда я махнула рукой и казавшаяся бесконечной тропа внезапно закончилась. Просто р-раз, и стены вокруг нас рухнули, а мы вместо извилистой, тянущейся далеко вперед тропинки оказались на краю огромной поляны, которая от края до края была засажена густым папоротником. Тут и там на ней мелькали головки на удивление крупных лесных колокольчиков, по периметру виднелись более мелкие лесные цветы всех оттенков и размеров.

Еще чуть дальше поляна была отгорожена от остального пространства колючими кустами. А уже за ними находилось большое, широкое и очень непростое болото, населенное не самыми приятными созданиями, но Горынычу об этом знать было совершенно необязательно.

– А… это как мы? – опешил змей, снова закрутив головой по сторонам. – Куда все подевалось? Где лес? И деревья? И тропа?!

Я строго на него посмотрела.

– Стой здесь. И чтоб ни шагу в сторону. Понял?

– Понял, – послушно кивнул Горыныч, от растерянности позабыв даже икнуть.

Я смерила его изучающим взглядом, а когда змей для верности активно закивал и знаками подтвердил, что будет меня во всем слушаться, сняла с плеча дорожную сумку, бросила в траву рядом с ним, после чего медленно отошла в самый центр поляны и запрокинула голову.

Небеса надо мной тут же разошлись, выпуская на свободу проказницу-луну.