Яга и Горыныч. Дракон в деле

Насмехаться? Надо мной? Да еще и столь непочтительно?

– Бабуся-Ягуся… ой, не могу… Ик! – неожиданно громко икнул дракон и тут же замер, словно его иголкой кольнули. – Как же это смешно… Ик! Ик! Ой!

Он охнул и схватился здоровой рукой за бок, в котором снова ощутимо кольнуло.

– В чем дело, соколик ты мой ясный? – участливо поинтересовалась я.

– Да, я просто… Ик! – снова вздрогнул Горыныч, а улыбка с его лица стремительно сползла. – Похоже, я малость обожрался, и теперь меня икота… Ик! Замучила!

Я безмятежно улыбнулась.

– А не надо было лишний раз тревожить раны. Теперь они будут болеть, пока не успокоишься.

– Это что, твоя работа?! – на удивление быстро сориентировался Горыныч. – Тогда ты точно ведьма… Ик! Ик! Да что ж это такое?!

– Перестань думать обо мне всякие гадости, и икота пройдет, – спокойно пообещала я. – А если извинишься, то я сниму и боль. Насовсем. Я не злопамятная.

Он в ответ лишь скривился и решительно встал.

– Еще не хватало. Настоящие мужчины пощады у женщины не просят!

– Уверен?

– Ик! – гордо икнул дракон и, задрав подбородок, решительно потопал к выходу.

Я только головой покачала и ничуть не удивилась, когда он на полпути неожиданно побледнел, закатил глаза и, пошатнувшись, грохнулся на пол.

Кажется, зелье все-таки выдохлось… к сожалению, раза в три быстрее, чем у обычного человека. Но упасть Горынычу я, конечно же, не позволила. Просто аккуратно подхватила его заклинанием и, постаравшись лишний раз не травмировать больные ребра, вернула обратно в постель.

Ничего. Подлечим, подлатаем, на ноги поставим. А там рано или поздно он образумится, потому что молодость, к счастью, это временный недостаток и, в отличие от глупости, когда-нибудь обязательно пройдет.

* * *

Поскольку я не поскупилась и напоила дракона не только обезболивающим, но и мощным снотворным зельем, то до вечера он благополучно проспал. А к тому времени, как я прибралась, приготовила ужин и, уже наученная опытом, терпеливо ожидала пробуждения змея, на улице громко скрипнула калитка.

– Хозяюшка Яга-а! – донесся снаружи зычный мужской голос.

Я выглянула в окно и удивилась.

Пифий, деревенский староста. Ему-то что от меня понадобилось?

– Исполать тебе, хозяюшка Яга, – поклонился в пояс невысокий мужичок лет сорока с густой темной шевелюрой и хитро прищуренными глазками, едва я вышла на крыльцо. – Прости, что потревожил, но мы тут мимо проходили.