Я ещё живой. Рассказы и повести

Сама прошла в кухню и, окинув взглядом неприбранный после вчерашнего свидания стол, воскликнула: – Неужели не боишься, даже не прибрала за собой? А как муж придёт, что ему врать будешь?

Из ванной высунулась всклокоченная голова с полным ртом зубной пасты и произнесла:

– Скажу, что с тобой маленький девичник вчера устроили. Он проверять никогда не пойдёт.

– Ох и страхолюдина, – вздохнула Валентина, глядя на подругу, – за что только мужики на тебя вешаются?

– А за енто за самое, – прыснула от смеха Лариса, разбрызгивая изо рта пену.

Через десять минут она появилась на кухне. Преображение было потрясающим. Это была уже настоящая Анжелика, сошедшая с большого экрана. Валентина не удержалась от восхищения:

– Как это тебе только удаётся так быстро перевоплощаться? Вот змеюка! Ну вот только что была заспанная, страшная, как моя жизнь, а сейчас – как огурчик!

– Ближе к телу, подруга. Наливай!

Когда выпили по бокалу действительно прекрасного вина, закусывая его дорогими шоколадными конфетами, Лариса снисходительным тоном проговорила:

– Ладно, наливай ещё по одной и воспитывай.

– Ты не ёрничай, я серьёзно пришла с тобой поговорить. – Валентина хотела дать понять подруге, что она пришла к ней не шутки шутить.

– Так говори.

– Мы сегодня с Виктором видели, как от тебя выпорхнул Петька Самохин.

– Ну и что?

– А то ты не знаешь что. Он бабник и трепло. Вся шахта скоро будет знать о ваших отношениях.

– Тю, та пусть знают. Всё равно рано или поздно я со своим Колькой разойдусь.

– Ты что, совсем ненормальная? – возмутилась Валя. – Где ты такого мужика найдёшь? Разве можно его с Самохой сравнить? Ты же за ним как за каменной стеной: вся в золоте и мехах, ни дня не работала, после замужества он с тебя пылинки сдувает, дышать на тебя боится… С жиру ты бесишься, Лорка!

Тут глаза у Ларисы вспыхнули, и она уязвила подругу:

– С жиру, говоришь? Да у меня жиру меньше твоего будет, – она хлопнула себя по плоскому животу, намекая на пышные формы Валентины.

– Да не о том жире я говорю. Ты сначала роди, а потом будешь себя по животу хлопать. От безделья всё у тебя. Не смей мужика обижать, который для тебя всё.

– Да какой он мужик! Я действительно мужика хочу, чтобы от него борщом не воняло, как от моего. Ну разве это мужик, придёт с работы и давай возле меня крутиться: Ларочка то, Ларочка сё, что Ларочке приготовить, что моя киса грустная, не мочи ручки, я сам помою посуду, и так далее.