Я ещё живой. Рассказы и повести

У дверей он чмокнул жену и побежал на рабочий автобус, в котором уже сидел ночной посетитель.

В шахте, прежде чем приступить к работе, по неписаным правилам шахтёру полагалось съесть тормозок, а поскольку шахта не газовая, то ещё и перекурить. Хотя за такое грубое нарушение по правилам могли не только уволить, но и привлечь к уголовной ответственности.

Каждый, выбрав место поудобнее и развернув тормозок, состоящий из нехитрой снеди – хлеба, сала или колбасы, лука, огурца, пары конфет или печенья, – не спеша всё это поглощал, запивая чаем из фляги.

Только ловелас Самоха, как его звали в бригаде, сидел в стороне и курил сигарету.

– Петруха, ты что, опять без тормозка? Иди к нам, поешь, – позвал его Славик, машинист комбайна, добродушный и весёлый парень.

– Не-е, не хочу я, – отказался Петруха.

– Его опять какая-нибудь баба на гульках накормила, – сделал кто-то предположение.

Потрепаться во время принятия пищи – любимое занятие шахтёра. Тут уж можно смело развесить уши и услышать такое, о чём в книжках вряд ли прочтешь.

Самоха славился умением весело рассказывать о своих любовных похождениях, а кто же не любит посмеяться, особенно в рабочее время. А так как его уже зацепили, он не заставил себя упрашивать.

– Да, сегодня бабёнка попалась что надо, – похвастался он. – Ненасытная, гоняла меня всю ночь. Пару часов только и поспал. Но что она вытворяла… А фигура – обалдеть. Говорит: «Возьми меня сзади». И приняла такую позу – француженка! Талия – во, а бёдра – во! – Он показал руками, какими были у любовницы талия и бёдра.

 – Будто токарь точил, до чего же всё идеально.

– Можно подумать, ты и француженок трахал, – усомнился кто-то.

– Француженок у меня не было, зато китаянка была. Но это неважно, в кино-то я видел француженок. «Анжелику и короля» смотрели? Вот моя на Анжелику эту похожа.

– Чего же не женишься на ней? – поинтересовался наивный и добродушный Славик.

– Ну, так замужем она.

Мужик в ночь ушёл. Не мог я упустить такого случая.

Всё это время Виктор молча слушал, но тут не выдержал и рявкнул:

– Может, ты заткнёшься, пока я не запустил клеваком!

Все затихли, посмотрев на звеньевого. Никто не сомневался, что Виктор мог осуществить свою угрозу.

– Ладно, умолкаю, – миролюбиво сказал Петруха. – Злой что-то сегодня звеньевой. Молчу, молчу.

– Хватит трепаться, закругляйтесь, по-быстрому перекурили – и по паям.