Я ещё живой. Рассказы и повести

Вот тупость! Эй, как там тебя, Гоша! Хватит прохлаждаться, подходи сюда, тебя это тоже касается.

Подошёл позеленевший Гоша, у которого даже яркие веснушки приобрели нездоровый оттенок.

– Что же ты так? – с укоризной сказал наставник. – Так нельзя. В шахте нельзя быть брезгливым. Мало ли что может случиться. Кого-то травмирует, а ты, вместо того чтобы оказать помощь, в Ригу поедешь.

– В какую ещё Ригу? – не понял Гоша.

– Ладно, это я тебе потом объясню, а сейчас слушай загадку. Значит так, в воде родится, но воды боится.

Ученики напряглись, усиленно соображая, что бы это могло быть, а старые рабочие затаились в предвкушении весёлого момента. Из них каждый прошёл через подобное тестирование своих умственных способностей. Победителем всегда оказывался Макар Макарович.

– Ну, думайте, думайте, – подбодрил наставник. – Что может в воде родиться и воды же бояться? Ну, ну?

Один из рабочих решил подсказать, демонстративно посыпая солью огурец.

– Не подсказывать! – строго крикнул Макарыч.

Но было поздно, и самый догадливый, по прозвищу Курносый, радостно воскликнул:

– А—а, соль!

– На! Конец мой помусоль! – мгновенно и весело отреагировал Сосновский.

Больше всех смеялись те, кто не раз попадался на подобные подначки.

Когда прикончили тормозки, Макарыч остатки пищи и мусор из газеты высыпал в порожнюю вагонетку, а саму газету аккуратно свернул.

– Когда будет свободная минута, – пояснил он, – новости почитаем. А рабочее место должно быть всегда чистым, как у кота… ну, то, что ты мне сегодня предлагал, Курносый.

– Макар Макарович, – обиделся парень, – вы меня не называйте так больше. Меня Сергеем зовут.

– Обиделся? Брось! Тут у каждого своё погоняло есть, и никто не обижается. Так легче запомнить человека. У тебя нос большой – радуйся! Бабы носатых любят, потому что считают, что если у мужика нос большой, то и с мужским аппаратом всё в порядке, размер не обманет ожиданий. Гошу бог наградил рыжестью – тоже радуйся, Гоша! Ты не затеряешься в серой толпе, ты – яркая личность.

– Вторник, – опять попался на подколку Гоша.

– Трахал тебя дворник! – весело выкрикнул Макарыч под дружный хохот бывалых рабочих. В запасе у старого слесаря на каждый день недели, кроме воскресенья, имелась пошлая зарифмованная острота.