Всадник для дракона

Но тогда я понимала, чего от меня хотят. А теперь не требовалось ни представлять, ни думать, ни пытаться воздействовать на окружающий мир, и это потихоньку подводило к мысли, что процесс моего обучения вернулся на то же место, с которого начался.

– Мне очень трудно ничего не делать, – призналась я, подтянув ноги к груди и обхватив их руками. – Когда видишь, к чему стремиться, то волей-неволей ищешь пути решения, стараешься, размышляешь. И даже если цель кажется недостижимой, рано или поздно ты все равно до нее доберешься.

А я уже который день топчусь на месте и, что самое ужасное, не знаю, в каком направлении двигаться!

«А что ты видишь, когда закрываешь глаза?»

– Темноту.

«И все?»

– Да, – печально кивнула я. – Как будто снова оказываюсь в той комнате с пирамидой. Только никакой пирамиды там уже нет, да и свет включить не удается.

«Откуда ты знаешь, что это именно комната?»

– Я чувствую, что там есть стены. Но всякий раз, когда пытаюсь до них дотянуться, у меня ничего не получается.

«Тебя что-то ограничивает?» – полюбопытствовал дракон, снова прикрывая веки.

– Нет. Я могу двигаться, но стоит мне только пройти определенное расстояние, как комната начинает перемещаться. И стены уплывают ровно на столько шагов, сколько я сделала, будто меня привязали к центру невидимыми веревочками.

Рэн задумчиво выпустил из ноздрей белое облачко дыма.

«Там есть кто-нибудь еще?»

– Нет, – покачала я головой. – Считай, то же самое состояние покоя, только я порхаю не снаружи, а внутри собственной головы.

И темнота в ней похожа на очень плотный туман – издалека вроде кажется густым как кисель, а если тронуть – в руке пусто.

«Кажется, теперь я понимаю, почему люди все время говорят: чужая душа – потемки».

– Еще неизвестно, какой мрак живет в тебе, – хмыкнула я, легонько хлопнув ладонью по могучей лапе. – Но даже если моя душа темная, как бабушкин чулан, уж представить я могу что угодно. От дерева до какой-нибудь зверушки.

«Молодец, – ехидно отозвался Рэн, а потом неожиданно посерьезнел: – Вот и представляй дальше.

Даже если это совсем не то, что хотел Кай, все равно хорошая практика. Да и скучно не будет».

– Я уже пыталась – картинки расплываются. Надо все время держать фокус внимания, чтобы они не таяли, а это довольно тяжело.

«Сложное – сделать так, чтобы картинка стала подробной, детальной, почти настоящей».

– Это ж сколько времени надо над ней просидеть! – ужаснулась я.