Выбор Ишты

– Это не от злости, – хмуро сообщил Ас. – А от дурости.

– Посмотрел бы я на тебя в таком состоянии! – огрызнулся Бер. – Между прочим, это были твои! Алые! И они собирались убить Гайдэ из-за той побрякушки, которую ты ей подарил! Знаешь, как они на нее смотрели?! А? И знаешь почему?!

– Еще одно слово, брат, и я вызову тебя на поединок.

– Ну и вызывай!

– Пойдем.

– Стоп, хватит, – решительно я остановила этих упрямцев, из которых один уже шагнул к двери, на полном серьезе намереваясь исполнить свое обещание, а второй подпрыгнул в кресле, как ужаленный.

Скароны, сверля друг друга злыми взглядами, неохотно разошлись по разным углам.

– Угомонитесь, – сурово посмотрела я на драчунов. – Бер проснулся. Это – свершившийся факт, от которого никуда не уйдешь. Точно так же, как проснулся недавно Гор. Кто на подходе? Ты, Ван? Или нам от Аса теперь ждать пожара в ближайшем квартале?!

Братья неловко потупились.

– Кто-то из вас может сказать, когда это произойдет? Кто-то может с уверенностью заявить, что, дескать, завтра я, в послезавтра он? Да? Нет? Не слышу ответа!

Они тяжело вздохнули.

– Бер проснулся, и точка! Будем думать, как его угомонить!

Они наконец сели и дружно кивнули.

– Вот так, – слегка успокоилась я. – А то взяли моду – разборки между собой устраивать, как будто заняться больше нечем. Вы все мне очень дороги. И терять вас из-за глупостей я не собираюсь. Станет совсем тяжело – соберемся и немедленно уедем, оставив Мейра и Лока на Эррея.

– Должны, – тяжко вздохнул из-под стола Лин, ужасно расстроенный тем, что тоже поддался чарам Бера, как все остальные. И тоже был готов рвать чужаков зубами, если бы Изумруд отдал прямой приказ. А ведь вроде как не должен… он же демон, разве нет? Но все равно повелся, как ребенок, которому показали вкусную конфету.

Я с негодованием на него посмотрела.

– А ты вообще молчи. И чтобы больше не смел никому поддаваться, понял?! С этого момента никакие посторонние чары на тебя не действуют! И это – приказ!

«Как скажешь, Хозяйка, – снова вздохнул шейри, послушно замолчав. – Нельзя поддаваться – значит, не буду».

– Моим можно, – подумав, подкорректировала я свое требование.