Огонь и Я

Бабырган! – снова закричала она, – приходи, я буду тебя ждать!

– Прекрати немедленно, разве ты не видишь, что у нас проблемы?

– Тогда, может быть, ты еще раз попробуешь завестись? – наивно на что-то рассчитывая, то ли посоветовала, то ли спросила, толи подколола Кондрата она.

Кондрат ничего не ответил и, укоризненно на нее посмотрев, молча вышел из машины, открыл багажник и стал доставать из него запас дров.

Велуша с негодованием вышла за ним следом, но, видя его раздражение, подошла и, чтобы хоть как-то снять растущее между ними напряжение, погладила Кондрата по плечу.

– Какой ты замечательный мужчина, разве может дама решиться отказаться от такого заботливого романтичного парня? – ласково прощебетала она, но Кондрат, еще больше нервничая, отдернул свое плечо, скинув ее руку.

Велуша обиженно отошла от него в сторону.

– Какой аромат! – вдохнула она всей грудью благоуханье луговых трав, которые, настоявшись под жарким солнцем, приобрели необыкновенный пряный аромат.

Велуша нагнулась и сорвала у себя под ногами пучок какой-то редкой травы с соцветием белесых крохотных цветочных точек и поднесла ее к носу.

– А-а-ах, – втянула она в себя запах, – какой непревзойденный фимиам!

Велуша поднесла крохотный букетик к лицу Кондрата:

– Понюхай, какое чудо!

И не ведала она, что сорвала сон-траву, и вдыхание запаха сей травы, проникающее в тело человека эфирными маслами, увлекает его сознание вдаль, делая трансцендентным, и шаманы Сибири траву эту добавляют в настойки и употребляют их при камлании, чтобы суметь войти в измененное состояние сознания и начать слышать звуки безмолвия.

Кондрат нехотя втянул в себя воздух и без всяких комментариев продолжил свое дело. Велуша подождала ответа, но, он будто не обращал на нее никакого внимания.

– Машина сломалась, а я-то причем? – обиженно возмутилась она, – долго будешь дуться?

Кондрат по прежнему в ответ не проронил ни слова, а в неком еще большем нервном возбуждении старался быстро разжечь огонь.

– Ну, Кондрат, – полушепотом, будто внезапно стала бояться потревожить ночную жизнь окружающей природы, позвала она его, следуя за ним по пятам.

– Ух-ух… – грозно выдохнула рядом с ними сова и с сильным шорохом от рассекающих воздух крыльев пролетела над их головами.

Велуша, подняв на раздавшийся шум голову, прямо над своим лицом увидела ее крупные, хищно растопыренные когтистые лапы, и горящие угольками янтарные круги птичьих глаз. Велуша быстро пригнулась.