Вильгельм. Проклятие Саана

Все еще живой, такой же здоровый… вот только на этот раз то ли регенерация его подвела, то ли проклятие и тут поработало, но искалеченные ноги у него так и не зажили.

Улучив момент, когда рядом с вожаком не осталось посторонних, я создал еще один портал и вышел прямо посреди комнаты с увечным.

Хм. За двадцать лет он явно постарел… Не так чтобы очень, для человека – вообще почти незаметно, однако его некогда черные волосы теперь полностью побелели, на мужественном лице появились глубокие морщины, глаза выцвели, потускнели, а голос стал хриплым, словно у простуженного дровосека.

– Ты-ы?! – просипел он, неверяще уставившись на мою объятую черным дымом фигуру.

Я мельком огляделся.

Отлично. Двор пуст. Соседние две комнаты тоже пустуют. На первом этаже находятся сразу двое разумных, но, судя по силуэтам, это всего лишь женщины, которые мне уж точно не помешают.

– Вздумаешь поднять шум, всех незваных гостей разберу по косточкам, – предупредил я, когда немолодой оборотень сжал кулаки. – Свое наказание вы уже получили, поэтому без причин я больше никого не убью.

– Что тебе нужно?

– Две недели назад кто-то из вас наведался в одно лесное имение в сутках полета отсюда. Имение разорили. Товар забрали. Я хочу знать зачем.

На лице мужчины проступило отвращение.

– Так это была твоя контрабанда? И твои люди? Что ж, значит, мы не зря там выжгли все до самой земли!

Я внимательно на него посмотрел.

– Зачем? Они вам не мешали.

– Какой мне резон отвечать? – вместо ответа усмехнулся оборотень.

– Это не я на вас напал, а вы меня убить пытались, – сухо напомнил я, глядя, как медленно, но верно пальцы мужчины подбираются к ножу на поясе. – Так, где артефакты? Вы их спрятали? Продали? Кому-то передали? Уничтожили… Значит, уничтожили, – кивнул я, уловив мимолетное раздражение в глазах собеседника. – Зачем? Кто вам за это заплатил?

– Пошел прочь, нежить проклятая! – устало выдохнул он.

Я вместо ответа отпустил проклятие, позволив ему заполонить большую часть комнаты и высунуться самым краешком за порог. Просочившись под дверь, оно неохотно застыло, ожидая только разрешения рвануть дальше, но мне не хотелось торопить события. Все же был шанс, что клыкастый упрямец одумается и не рискнет накалять обстановку.

– Так что? – спросил я, глядя в его выцветшие от горя глаза.