Воровка

Мне даже показалось, что на кухне посуда задребезжала, а дворовый пес от неожиданности подскочил в своей будке и завыл со мной в унисон.

В тот же момент в узком коридоре нарисовался обеспокоенный трактирщик с одним из своих сыновей. Быстро оглядел комнату, правильно расценил выражение моего лица, увидел пьяного нарушителя, все еще не пришедшего в себя от мощного звукового удара. Заметно помрачнел, побагровел. Его сынок, получив знак, хекнул и неуловимо быстро замахнулся, отчего незадачливого домогателя просто вынесло в коридор, где и ударило о противоположную стену.

После этого бедолага красиво сполз на грязный пол, вяло дрыгнул ногой и затих, трактирщик сплюнул, его сын буркнул что-то неразборчиво, а у меня, наконец, закончился воздух в легких.

Только после этого в таверне наступила неестественная тишина.

– Ты… это… в порядке? – неловко кашлянул хозяин, отводя глаза.

Я жалостливо всхлипнула, а потом со всем тщанием разрыдалась, попутно просчитывая ситуацию и старательно фиксируя даже малейшие колебания чужого лица, неуловимый блеск глаз, легчайшее дрожание губ и даже силу, с которой этот человек сжимал мои плечи.

Но обошлось. Похоже, трактирщик поверил в мои слезы, потому что расслабился, пробормотал что-то успокаивающее и с участием погладил мою спину. Затем помог подняться, бережно довел до разворошенной постели, проследил, как я забираюсь под тонкое одеяло и размазываю по лицу фальшивые слезы. Немного поколебался, но все-таки пообещал оставить слугу неподалеку от моей двери, чтобы больше не обидели.

Что ж, учту на будущее. И, пожалуй, не буду менять пока комнату. Трактирщик меня запомнил. Верзила, сам того не зная, обеспечил мне нужную репутацию. Поэтому, когда по городу пройдет череда дерзких краж, на меня не ляжет косой взгляд. И хотя бы в ближайшее время я смогу спокойно работать.

Глава 4

Крики бойких мальчишек я услышала задолго до того, как оказалась рядом с рыночной площадью. Расположение улиц и наиболее важных построек я после ночной прогулки хорошо представляла, поэтому мне не составило труда добраться до нужного места.

К тому же с рассвета все пространство площади превратилось в огромный базар, и большая часть местных жителей устремилось именно на него, отчего на время эта часть города превратилась в бурлящее людское море.

Здесь были и разодетые матроны с поистине угрожающими формами, и смазливые девицы, выведенные строгими нянюшками на прогулку. И босоногие дети, вечно путающиеся под ногами.