Вакансия для призрака

Собаки вскочили и заметались у него под ногами, начав тревожно повизгивать. Котенок, благодарно ко мне прильнув, неожиданно успокоился. А я заметила, как за спиной рыжика сгущается здоровенная тень, и забеспокоилась.

– Милорд, вы не знаете, у этого малыша есть мама?

– Есть. Но лучше бы нам с ней не встречаться, – почему-то шепотом ответил маг, не видя, как над ним проступает массивная голова с угрожающе оскаленными клыками и весьма недобрым выражением на пятнистой морде.

Я попятилась.

– Боюсь, вы правы: мамочка крайне недовольна происходящим…

– С чего вы решили? – так же шепотом удивился он.

– С того, что она стоит у вас за спиной. И, кажется, собирается откусить вам голову.

Рыжик медленно-медленно повернул голову и застыл, как примороженный, взглянув в хищно прищуренные желтые глаза громадной рыжей кошки. Если бы не угрожающе вздыбленная шерсть, они бы, наверное, оказались одного роста, но киса была настроена агрессивно, поэтому нависла над королевским инспектором мохнатой скалой. А при виде прижавшихся к его ногам собак раздвинула губы и так рыкнула, что котенок у меня на руках вздрогнул и обернулся.

– Мя?

Заметив свое перепачканное чадо, кошка оставила мага в покое и одним грациозным движением скользнула ко мне. А я не придумала ничего лучше, чем отцепить от себя недовольно размахивающего хвостом мелкого и, продемонстрировав его разгневанной матери, торопливо выпалить:

– Ваш малыш в полном порядке, мамочка! Можете не переживать!

Кошка опасно пригнулась и прижала уши к голове, заставив меня попятиться.

Но когда она угрожающе оскалилась, котенок неожиданно взбрыкнул, отмахнулся от нее лапой, на которой появилось пять острых коготков, и зашипел так, что не только кошарина – даже я растерянно отпрянула.

– Нельзя шипеть на мамочку, – пробормотала я оглушительной тишине. После чего малыш удивленно замолк, а мамаша недоверчиво прищурилась. – Она хорошая, красивая, умная…

Кошка стремительно приблизилась, а я непроизвольно зажмурилась.

– И очень больша-а-ая!

У меня в животе образовался холодный ком, когда лицо легонько пощекотали жесткие усы.

Волосы на макушке обдуло шумным выдохом, затем появилось ощущение, что вот-вот случится непоправимое… но котенок снова сердито мяукнул, и нехорошее ощущение исчезло.

Выждав пару секунд, я осторожно приоткрыла один глаз и перевела дух: кошка отошла в сторону, изучая меня задумчивым взглядом. Мелкий тоже прекратил вырываться, однако напряжение так и витало в воздухе.