Возмездие

А вы поедете на этом вороном коне?

– Да, я так и назвал его, Ворон. Помниться, мне подарили его, когда мне было пятнадцать. Мы давно с ним дружим, да, Ворон? – он погладил своего коня и улыбнулся ему. – Вы вообще умеете кататься верхом?

– Шутите? – посмеялась я. – А впрочем, я не помню этого.

– Давайте уже проверим, умеете вы кататься или нет, – мы вывели лошадей на луг, трава которого уже начинала желтеть. Я сделала хвост на голове, так как волосы начали мне мешаться. Потом я начала думать, как взобраться на седло.

– Не мешайте, Марк Романович, – я начала забираться и тут же упала. Белла заржала так, будто смеялась надо мной. Психолог тоже. Он помог мне подняться и тут же помог мне сесть на седло. – Вот видите, у меня все прекрасно получается!

– Ну, если вы говорите про ваше падение, то да, у вас отлично получается! – пошутил Марк Романович и умело сел на своего вороного коня. – Доверьтесь вашей лошади, она сама вас повезет, – сказал он, и мы двинулись. – Сегодня чудная погода!

– Ветер теплый и пахнет дождем.

– Мне тоже, – он улыбнулся мне. – Надеюсь, вы не подрались вчера с Катериной Мартыновой?

– Мы тихо затаили друг на друга злобу. Вечером вчера она говорила мне о том, что я дурно воспитана. Может она и права отчасти, но ей самой следовало бы последить за собой.

– И вы высказали ей это?

– Да, она заслужила этого.

– Да с вами опасно связываться!

– Всё шутите, – укоризненно посмотрела я на него. Но он только рассмеялся. – Знаете, у меня складывается ощущение, что вы смеетесь надо мной.

– Что еще остается мне делать, как не смеяться над вами, вы так молоды и неопытны, что это может вызывать только смех…

– Послушаете, вам ведь только двадцать пять лет, а вы говорите так, как будто между мной и вами многовековая пропасть. Разница между нами только в том, что вы слишком зациклены на цифрах, а я нет.

– Хотите сказать, будь мне пятьдесят восемь, вы бы так же беседовали со мной, как и сейчас?

– В том-то и дело, что нет. Вы задумайтесь! Если я общаюсь с вами, а не со старичком, не значит ли это, что я отношусь к вам так же как, например, к моему брату?

– Нет, не значит, – упрямился психолог. – Вы относитесь ко мне совсем не так как к своему брату.

– Вы так говорите, будто обвиняете меня в чем-то, – пролепетала я.