Возмездие

Ну так что, не хотите подслушать, что говорят остальные? Я бы не упускал такую возможность.

– О, вы ведь не отстанете от меня! – пошутила я, и мы тихо двинулись в ту сторону, куда пошли Мартыновы и Максим. Мы нашли их. Они сидели возле небольшого фонтана. Катерина сидела на скамейке со своим братом, который курил сигарету, Максим лежал на траве, прикрыв лицо ладонью. Мы притаились с психологом в кустах.

– Максимус, – странно обратилась Катерина к моему брату, – почему ты так долго не заезжал к нам?

– Я вообще-то был все это время Дежурным в 104-ом, Катя.

Сколько лет мы не виделись?

– Довольно давно, – ответил Антон и закурил. – Катя посмотри, не идет ли там мама…

– Кури уже спокойно, а! – недовольно проворчала его сестра. – Она ни разу тебя еще не поймала, – она закатила глаза так, будто брат для нее был настоящей обузой. – Почему ты вернулся?

– Ты хочешь поговорить о политике? – Максим приподнялся на локтях. – Думаю, не стоит. Антон, с каких пор ты куришь?

– Он связался с отвратительной компанией! – отвечала за брата Катерина.

Она не нравилась мне. Была она красивой, но противной и вредной. Я передразнила ее так, что Марк Романович прыснул со смеху.

– Это мама? – Антон тут же потушил сигарету и выкинул ее.

– Тут никого нет, Антонио, – девушка посмотрела на него как на недотепу.

– Так-так, и с кем же это мы связались, а? – Максим улыбнулся Антону. – Все настолько ужасно, как и говорит твоя сестра?

– Нет, напротив.

Николя хороший парень.

– Николя твой просто ужасен!

– Ну, полно, Катя! – мягко обратился Максим к девушке. Она тут же успокоилась и улыбнулась ему довольно мило. – Тебе еще не нашли мужа? – Катя покачала головой. – Странно, тебе же уже восемнадцать.

– Хотела я с тобой поговорить о твоей кузине, – ответила она и поморщилась. Мне стало интересно. – Откуда она вообще появилась?

– Есть тебе до нее дело?

– Она невоспитанная. Нет никаких манер.

А еще она не разговаривает на французском! Имя деревенское, как и ее воспитание! Да и вообще она дурна собой, – говорила Катерина с отвращением. Мне стало обидно, и Марк Романович уже хотел увести меня от них, но я осталась.

– Нет, я бы поспорил с тобой, Катя, – ответил Антон. – Она очень хорошенькая, но у нее болезненный вид. Но ты права, она невоспитанная.

– Ну нет, – сказал Максим и сел. Солнце осветило его прекрасное лицо.