Где зоны и лагеря

Своеобразные комплименты Травкина перешли в невнятное бормотание, а прикосновение подушки целительным образом преобразовало невнятную речь в могучий храп. Вот повезло так повезло! Правда, пришлось прервать сон матери.

– Мам, закрой за нами. Рано не буди! – строго приказала Ирка.

– Это почему? Зачем? – не поняла спросонья мать.

– Ты запомни – потом поймёшь, – хмыкнула Иришка, закрывая дверь. Ключ в замке щёлкнул.

– Лихо ты с предками общаешься.

– Знаешь, как надоели эти пьянки…

– Знаю, – не желала вспоминать незавидное отрочество, кивнула Яна.

– Боже!!! Наконец-то все удрыхлись, – шлёпаясь на стул, с недетской тоской подвела итог Иришка.

– Ты так громко вопишь, – удивилась Яна. – Нас не слышно за стенкой?

– А! – беззаботно – пренебрежительно скривила ротик Ирка, – соседей нет, а за этой маман спит. Ей же главное заснуть, а там хоть слоны по крыше топать будут… О-о! Погодь-ка! Мы же с тобой за встречу и не выпили. То мне не хотелось, то нам не давали. Чокнёмся, – предложила Иришка, протягивая ей рюмку.

– Может, Шурика подождём? Он, кстати, за шампанским убежал. Где он среди ночи его возьмёт… – вспомнила о непрошеном госте Яна.

– Два ночных магазина! – фыркнула Иришка.

– Урбанизация, – качала головой Яна, не зная радоваться или огорчаться прогрессу в посёлке, – на что пьют…

– Саша – придурок! А вообще-то ладно, пусть несёт. Разопьем! – дала «добро» Иришка.

– Нет. Мне хватит.

– Так ты ведь ничё и не пила. Ты с ними… – щёлкнула характерным жестом по шее Иришка.

– Нет, конечно! И уйти не могу и с ними сидеть тошно, а ты хороша – сбежала!

– Я салат делала, – важничала сестрёнка.

– Саша, надеюсь, не придёт.

– Щас! Размечталась! Как миленький прибежит. Он из-за тебя и заходил-то к нам, а как узнал, что приезжаешь, так вообще не вылазил. С отцом вместе работают, а потом вместе пьют. Он у нас и спать оставался; разлёгся посреди кровати, и разбудить не могли.

– Ты меня пугаешь. – Непроизвольно хлопала ресницами Яна, будто пыталась прогнать дурной сон.

Обе насторожённо прислушались. Шаги стихли, но снаружи раздались странное шуршание и царапанье. «Сиди!» – жестом остановила сестру Иришка, подкрадываясь к двери.

– Кто? – менторским тоном спросила она, прижимая к двери ухо. Тишина. Ирка скорчила гримаску, оглянувшись на сестру. И вновь царапанье.

– Кто?! – строже спросила Ирка.

– Ир! Открывай.