Житейское дело

Житейское дело

Виктор Елисеевич Дьяков

1999 год. Бухгалтер небольшой московской фирмы вместе с сестрой едет в родную деревню на похороны своего отца-фронтовика. Но по приезду они узнают от матери до того скрываемую семейную тайну. Оказывается, не только они с сестрой являются детьми умершего… Все произошло в 1944 году, когда комиссованный после ранения фронтовик вернулся в деревню, где его ожидала невеста… и десятки лишившихся мужей вдов, девушек, которым после войны наверняка не хватит женихов и просто парней.

Что это – кобелизм или житейское дело?

1

– И какие же выводы, Василий Николаевич, вы сделали с позиции, так сказать, главного бухгалтера? – спрашивал шеф, потрясая отчётом работы склада фирмы за прошедший месяц.

– Отчёт заведующего складом составлен без ошибок, все цифры подтверждены накладными. Иначе я бы не подал его вам на утверждение, – хмуро отвечал Мельников.

– Нет… нет, не этого, поймите, наконец, не этого я жду от вас, – шеф раздражённо шлёпнул листы отчёта на стол и, буравя взглядом главбуха, опустился в своё вертящееся с высокой спинкой кресло "президент".

Пятидесятипятилетний Мельников как провинившийся школьник остался стоять перед сорокадвухлетним директором фирмы, а тот, то ли специально, то ли просто не думая о том, не предлагал ему сесть.

– Ведь ворует, ворует кладовщик! Это и невооружённым глазом видно, а вы говорите без ошибок. Нет, так не пойдёт дорогой Василий Николаевич. У вас же колоссальный опыт.

Вы мне во все эти цифры вникните, проанализируйте и поймайте… Да-да, поймайте мне этого ворюгу. Нет, я этот отчёт не утверждаю. Заберите, и ещё раз скрупулёзно…

Мельников вышел из кабинета шефа с таким лицом, что секретарша посмотрела на него участливо – кто-кто, а она-то знала, как умел их шеф "доставать". Уже сидя за своим столом Мельников, листая отчёт, матерился про себя: "Щенок, мать твою. Забыл гад, как в августе девяносто восьмого трясся… спасите Василий Николаевич… век не забуду… по миру ведь все пойдём… Все не все, а ты бы точно пошёл.

Я бы так и так где-нибудь пристроился, бухгалтеру с таким стажем сейчас работу найти не сложно. А вот ты где бы сейчас был? Ведь ничего же сам не умеешь, фирму папа в наследство оставил и опытного главбуха в придачу…"

Мельников вновь полистал отчёт, хоть и понимал, что из него даже ясновидящий не определит где и как завскладом обманывает хозяина – на бумаге всё, что называется, било.