Сто страниц бреда. Повести. Рассказы

«Бородатый» пытался что-то сказать, но словно вырубился на секунду, потеряв ориентир, повалился на стул. Лизард подмигнул мне и пропустил вперед, потом что-то зашептал, послышался легкий девичий смех, а я увидел, что из темноты коридора на меня надвигается человек. Возникло желание пропустить его, что я с удовольствием и сделал бы, если бы тот, другой, не сделал то же самое.

Зеркальные души

Душат. Тс-с-с-с

Только молчок.

Лизард стоял рядом и потихоньку подталкивал к двери, позади него помигивала свеча, освещая бледное лицо девушки с черными (или карими?) глазами, с чуть припухшими веками и темными губами.

Волосы были темно-русые и струились куда-то за плечи. На своем веку я повидал девушек достаточно, но эта сразу запала в душу. Было в ней что-то такое, что… Мысли оборвались, и я даже не заметил, как мы вышли из квартиры.

– Теперь к воде, – завопил мой новый знакомый, будя шагами эхо, и помчался куда-то в сторону. Я еле поспевал за ним.

Мы мчались, словно два метеора, проскакивая желтые огни еще не спящих окон, пока, наконец, не уткнулись носами ботинок в теплые объятья озера.

– Снова вьюжит, – сказал Лизард, поднимая ворот куртки и отбрасывая назад волосы, похожие сейчас на огромное крыло.

– Ты что? Ведь сейчас лето, какая может быть вьюга?.. – но не договорил, твердая рука закрыла мой рот.

– Смотри, – зашептал он, – да нет, вон туда, – и указал рукой на гладь воды.

Ветер гнал волну, звезды отражались в воде и блекли рядом с лунной дорожкой. И тут я заметил, что барашки, снимаемые ветром (так большая ложка снимает пенку накипи), взвиваются вверх мелкими россыпями, искрящимися в лунном свете, словно снежинки.

Я стоял завороженный, не было слов, чтобы сказать хоть что-то, хотелось только смотреть. Из этого оцепенения меня вывела фраза, донесшаяся откуда-то издалека: «Завтра у старой церкви…» Вот теперь я удивился – Лизарда не было рядом, а голос был явно его. Передо мной встала новая загадка…

…Среди багрового безумия горящих балок метался юноша, в котором я узнал себя.

Стекло восковыми слезами падало на язык пламени, стелющийся по полу. Среди всего этого безумия стояли старинные часы и громко били, отсчитывая драгоценное время сна.

Лизард поставил меня перед новой задачей. Дело в том, что у нас в городе было три церкви, но какая из них – старая, я не знал. Пришлось идти наугад.

Утро было веселое и беззаботное. Солнце ласково шлепало по головам прохожих и делало отражатели из круглых лысых голов деловых мужчин.