Донос

Котёнок тоже освоился на новом месте и носился по всему бараку: иногда ему перепадал от зэков кусочек сала или вяленого мяса из посылок и он возвращался с набитым животом в кабинку Ивана Петровича, которого признал за родителя, требуя взамен заботы и ласки, устраиваясь по хозяйски на его подушке или на груди.

– Вот видишь, Миронов, – говорил иногда Иван Петрович, поглаживая котёнка и щекоча пальцами ему горлышко, – животное, а тоже понимает заботу и ласку. Что мешает твоим большевикам и Советской власти проявить заботу о людях, об их жизни – глядишь и пошли бы дела в стране на поправку, и врагов бы поубавилось, коль жизнь налаживается, и не надо было бы людей невиновных по лагерям мучить.

– Удивляюсь я тебе, Иван Петрович: пожилой ты человек и с образованием, а говоришь всякую чушь иногда, и если бы я не знал тебя, то можно подумать, что ты действительно враг и сидишь здесь в лагере по справедливости, – отвечал Миронов, насыпав табаку на клочок газеты и скручивая самокрутку, которую намеревался искурить у печки.

В кабинках курить запрещалось, чтобы не было пожара и дыма по всему бараку и зэки – курильщики приспособились курить у топившихся печек – буржуек, приоткрыв поддувало и выпуская туда табачный дым, который подтягивался в топку, смешивался с дымом от горевших дров и уносился по жестяной трубе прочь в завывания и стоны метели, бушующей за стенами барака.

– Представь себе, Иван Петрович, если всё, что есть в стране отдать людям на их потребление и благополучие, то страна никогда не поднимется с колен, на которые её поставили цари, помещики и фабриканты. Денег взаймы нам капиталисты не дают, строить заводы и поднимать сельское хозяйство приходится своими силами и за свой счёт, а значит за счёт людей.

А тут ещё в Германии фашисты у власти и вслух говорят о новой войне с Россией – значит, нужно оружие и заводы которые его делают.

Ты сам как – то говорил, что на фронте в империалистическую войну ни винтовок, ни пушек, ни снарядов, ни патронов не хватало – потому что царь Николашка этим не озаботился в надежде, что его родственник кайзер Германии Вильгельм не нападёт на Россию.