Трое на каникулах

 – Рада видеть вас в добром здравии!

– А уж я-то как рада…

Но тут бабуля заметила ошарашенную физиономию Ника и с подозрением прищурилась:

– А это еще кто?

Глянув на замершего возле калитки мага, я мысленно хмыкнула.

Что? Не ожидал? А вот такая у меня бабушка – больше сорока ей никто не дает. Да что говорить! В ее смоляных волосах даже седины почти не было! И лицо прямо строгое-строгое. Ни лишней морщиночки на нем, ни складочки. Глаза, как и в двадцать лет, горят задором. Голос звонкий. А уж фигура… Когда-то бабуля первой красавицей в этих краях слыла.

Да и сейчас еще была ого-го! Недаром злые языки ее за глаза лесной ведьмой кликали, хотя магического дара у нее отродясь не бывало.

– Мое почтение, нэла Оли, – на удивление быстро оправившись от изумления, с достоинством поклонился Ник. – Признаться, я поражен. Ниэль обещала, что мы едем к бабушке, а мне вдруг показалось, что нас встречает ее старшая сестра.

– Ты это брось, – разом посуровела госпожа Оли. – На меня эти ваши мужские штучки не действуют! Вранья не терплю, а лести – тем более! Заруби себе это на носу!

Ник снова поклонился.

На этот раз – гораздо глубже и как-то иначе, что ли?

– И в мыслях не было. Но вы и впрямь выбили меня из колеи. Прошу простить мою растерянность.

– Надо же, – внезапно усмехнулась бабушка. – Давно передо мной аристократы спины не гнули. Не хам, не сноб и не наглец… Что ж, заходи. Гостем будешь. Как тебя зовут?

– Николас Линнель.

– Линнель, Линнель… что-то не припомню такой фамилии среди столичных пустобрехов.

Ну да не суть важно. Так, девочки, марш в дом. Спать будете, как и раньше, в верхней светелке. А ты, Николас…

– Можно Ник.

– Со мной пойдешь, – словно не услышала бабушка. – Отдельно тебя поселю. Нечего незамужних девиц смущать и в наше бабье царство соваться без приглашения.

Маг в третий раз молча поклонился, а затем без возражений потопал следом за ней в сторону бани. И правильно. Спорить с бабулей – крайне сомнительное удовольствие. Но я не зря по пути целых два часа расписывала правила поведения в нашем доме, так что Ник еще легко отделался.

Вздумай он норов проявить или начни настаивать, она бы его вовсе выгнала. И после этого восстановить испорченную репутацию ему бы еще до-олго не удалось.

Что поделать – бабуля у меня хоть и хорошая, но очень своеобразная, да и к мужчинам относилась с предубеждением. Говорят, дедуля ее когда-то с ребенком на руках бросил, поэтому обиду на род мужской она затаила надолго.