ЧЕЛОВЕК

И хотел бы вернуть старое, то, что было прежде. Но не могу.

Девушка опустила голову, словно чувствовала себя виноватой в случившемся. Она не знала, что ответить. На свете всегда будут те, кто за, и те, кто против. Я отношусь к последним. Она, видимо, нет.

Неожиданно раздавшийся стук заставил нас обоих вздрогнуть. Хороши служители закона, позволили незаметно подкрасться к себе. Рядом с моей дверью стоял облаченный в легкую грязноватую ветровку, рыболовные штаны и галоши бородатый старик лет шестидесяти.

Он с любопытством разглядывал нас, словно какую-то диковину.

– Добрый день! – спохватившись, вставил он и поправил съехавшую набок шапку.

Говор выдавал в нем простака, недавно переселившегося из глубинки. Вероятно, он и инженеров-то никогда не видел, а если узнает, что Алиса из департамента, высшего органа власти, занимающегося непосредственно магией, вообще дар речи потеряет.

– Здравствуйте, – жизнерадостно поздоровалась девушка, вылезая из салона, и представила нас обоих: – Меня зовут Алиса, а это оперинженер пятого класса Алексей Сказов.

Мужчина смущенно снял только что нахлобученную шапку и смешно прижал ее к груди обеими руками.

– Меня Петром звать, – робея еще больше, сообщил он.

– Петр, это вы оставили заявку в ИМП? – спросил я.

– Э… никак нет, товарищ инженер! Это моя жена, Любка. Тут прежде сын наш жил, да недавно сам в Петербург переехал, а нас из деревни нашей сюда в домик заселил. Говорит, тут лучше живется. И я-то с ним согласен! Тут и рыбачить куда как сподручней, чем на старом месте.

Да вот только дела всякие темные творятся… Ох, не от Бога это, – испуганно произнес Петр. – Вы уж простите, если зря побеспокоили.

– Правильно сделали, что позвонили! – смешного старичка вдруг стало жалко, и я решил добавить ему уверенности.

– Я-то новости смотрю, там и говорят: «Видите что-то необычное – тут же звоните!» Но сразу-то не догадался, что надо быстро действовать. Неделя аж целая прошла. Маяк светился – то желтый, то синий, то розовый, мы с женой поначалу любовались.

Красиво… как вдруг дурно с ней сделалось, правда, потом прошло! Она у меня крепкая. А как малость ее отпустило, она и велела номер записать из новостей, теперь он у нас приколотый на стене висит!

– А с вами, значит, дурно не сделалось? – с любопытством спросил я.

– Со мной нет, по мне – горит он и горит, дела делать не мешает. Да и Любке моей теперь тоже все равно, – ответил старик.