ЧЕЛОВЕК

Не сунься департамент со своими проверками и обвинениями, может быть, след удалось бы сохранить. Хотя бы сфотографировать рисунок – и то было бы лучше, чем ничего. Имея на руках приблизительный чертеж, ИМП прогнала бы его по базе, нашла зацепку, а так…

– Что с Мариной Ивановной, матерью Никиты? – поинтересовался Горыныч.

– Департамент взял ее под охрану и уже перевез сюда, в Санкт-Петербург. Женщина в безопасности. Хорошо еще, что сначала мы поехали в морг. Маг вполне мог в первую очередь избавиться от нее, а уже затем от пентаграммы.

Можно было банально разминуться, – ответила Алиса.

– Хоть в чем-то нам повезло! – хмуро согласился шеф. А затем недовольно посмотрел на меня: – Тебя, Алексей, я бы посадил под замок, если бы не знал, что ты переломаешь себе кости, но сбежишь.

Я пожал плечами. Хорошо, что шеф в курсе моих намерений.

– Геннадий Ярославович, – обратилась к шефу Алиса, – теперь, когда частично подтвердилось присутствие неизвестного мага, Алексей Сказов, хоть и остается под моим наблюдением, но все же вызывает больше доверия.

Думаю, мне удастся уговорить Аделаиду Петровну допустить его к расследованию и позволить встретиться с матерью погибшего мальчика.

Шеф одобрительно кивнул. А что ему, по сути, оставалось? Нет, он, конечно, мог меня уволить, но от пробудившегося так просто не избавляются, пусть даже грань дозволенного непростительно близка. К тому же, и это самое главное, я оказался прав! Не считаться с этим шеф не мог.

Прохладный вечерний воздух бодрит, а с неба изредка начинают срываться пока еще крохотные капельки дождя.

Измученная событиями этого кошмарного дня Алиса – после того как мы покинули морг, она еще несколько часов кряду вела объяснительные беседы с другими представителями департамента, – достала тонкую сигарету и закурила.

– Как думаешь, твоя мегера действительно разрешит мне поговорить с Мариной Ивановной? – спросил я, усаживаясь рядом.

– Уже разрешила. Я еще днем, сразу после морга, выбила из нее, – выпуская клубы дыма, ответила Алиса.

– Хорошо. Тогда завтра с утра не будем мешкать. Кстати, а с каким диагнозом она лежит?

– Сердечный приступ.

– Классика жанра, – усмехнулся я.

Начинающему магу заставить слегка сбоить сердце другого человека – раз плюнуть. Особенно если этот человек непробудившийся. Валерий Николаевич все рассчитал: отправить жену на больничную койку, усыпить бдительность во всем подъезде, а потом заняться сыном.

Вот только сам оказался пешкой в чужой игре.