Уходящая натура

Несмотря на карьеру матери, это была не его парафия, и пока они осведомленно обсуждали предстоящий Чеховский фестиваль, он «законно» помалкивал, потягивая чай и присматриваясь к сероглазой (еще один замеченный штрих) девушке с возрастающим интересом.

Заговорив о фестивальном спектакле БДТ, мать, наконец, полезла в сумочку и извлекла два билета. Она продолжала беседовать с Женей, но рука с билетами маячила прямо перед ним, и он взял их без задней мысли, хотя и удивившись – точно помнил, что всего несколько часов назад мать просила приехать, чтобы забрать «билет».

Машинально прикидывая, кого пригласит, он вдруг увидел, что мать вопрошающе  повела глазами в сторону своей гостьи, которая в свою очередь глаза опустила. И тут он всё понял. Только что им табуированное знакомство с молодой девушкой оказалось материнским проектом, мало того – с участием самой девушки. Это не могло его не насторожить, но, как выяснилось, не настолько, чтобы удержать от вытекающего из проекта соблазна.

Само собой получилось, что, попив на троих чаю, они с Женей одновременно стали прощаться со «свахой», с трудом скрывающей свою роль и надежду. Он уже решил не отказываться от доселе отвергаемого эксперимента и, выйдя на улицу, предложил девушке её проводить, почему-то совсем не будучи уверен, что она согласится.

– Разве что до метро, – подтвердила его интуицию Женя, ничем не проявляя своих ожиданий от происходящего.

Шутливо поклонясь, он назвал своё имя, без того ей известное. Она назвала своё, по-прежнему не посылая хоть какого-нибудь сигнала, что имеет на него виды. Метро было рядом, и они лишь успели выяснить, что их ветки не совпадают.

– Так я провожу? – нерешительно справился он, начиная сомневаться в её участии в заговоре и не понимая, радует ли его это или огорчает.

– Лучше как-нибудь в другой раз, – ответила Женя и, не ожидая его возражений, ступила на свой эскалатор, с готовностью потащивший её в ярко освещенную глубину.

Постояв под напором протискивающихся мимо пассажиров, пока Женя совсем не утонула, он побрел на свою ветку взбудораженный происшедшим и возвращением, как давно поверил, навсегда утраченного.