Песни забытых островов

Нет на шее витка от веревки тугой,

Вены целы и яд не уродует кровь,

Ни болезни, ни злого убийцы рука

Не коснулись сей девы, но смерть нелегка

Для нее оказалась и множество дней

Неустанно она танцевала пред ней.

И кричала и пела, металась она,

Пробужденья лишенная равно как сна

Сотни лекарей ложа вокруг собрались

Пожимали плечами и злобно клялись,

Что недуга сего не видали досель,

Видно ветер принес его с дальних земель.

И предсмертный портрет был давно уж готов,

И нежнейший составлен о ней некролог,

Только жар не сходил с помутневшего лба,

И стонала, кричала и выла она,

Ни мгновенья не ведая тихого сна.

И собравшись вокруг, горевали мужи,

Не способные с жизнью ее разрешить

Неуверенный спор, полный муки святой,

Где забвенье плетет оскорбительный вой.

Ни один не посмеет жизнь ее прекратить,

Даже жребий не сможет ту волю явить.

Но был куплен одним чернодревный тот гроб,

А другой сплел веревки для нежных оков,

Третий саван соткал, черным шелком скорбя,

Умереть в нем могла бы и дочь короля.

На согбенных плечах ноша их тяжела,

Под дождем ненавистным размокла земля,

Сапоги утопают в благовестной грязи,

Никого в этом мире невозможно спасти.

Лучше на ведьмовском бесприютном холме

Похороненным заживо быть в темноте,

Чем в палате кровавой, задыхаясь, хрипеть,

Излечиться, вернуться на фронт, умереть.

7.

Кролики, птицы, девы-убийцы,

Ловкие, скромные, как ассирийцы,

Как ненадежные бледные тени,

Словно кривые сомкнула колени

Призрачно-юная, нежно-немая,

Дочь искажений, бессмысленно-злая.

Вновь одурманена гневом неслышным

Видит с двухскатной и призрачной крыши:

Змеи-цветы над отчаяньем рыжим,

Белые мамонты в небе Парижа.

8.

Июль ползет сороконожкой липкой,

И манит саранча своей прожорливой улыбкой,

Столпились жабы, онемев, у пересохшей лужи,

Собаки воют на прогорклую луну.

Июль ползет, растерянной змеей меняя даты.

Календарей слезает будничная кожа.

Июнь беспечный слыл неосторожным,

И в подворотне был убит безумным братом.

Субботы плен вопьется меж лопаток.

На пляже будешь ты неловок, бледен, жалок.

Вином себя омыв, слов ищешь совпаденье,

И остров нежится в поспешном волн гниеньи.

А в воскресенье, в тень забравшись пальмы,

Чудесно как к мечтам сойти печальным,

На полуобнаженных дев с усмешкою взирая,

Себя и их с одним восторгом глупым презирая.

9.