Тетради 2016 года

    (28/01/2016)

«Утро фосфор ангельский порежет…»

Утро фосфор ангельский порежет

на деревьев мякоть и сквозняк,

вложит насекомые колени

в воздух их мерцающих заплат.

Отрывное зрение пространства,

повзрослев, уходит в водоём,

захлебнувшись зреньем, как пожаром,

утерявшим, словно чаек, дом.

Ты считаешь клевер, оступившись,

в паутины распускаясь весь,

чтобы свет на пауке увидеть,

на котором вырастил дверь в лес.

И когда по оттепели тонкой,

ты себя вслепую проведёшь —

холод из сустава камня вынув —

глаз его надорванный зашьёшь.

    (29/01/2016)

«Рассыпешься, словно был снег…»

Рассыпешься, словно был снег,

обочинный след переполнив

из всех своих белых прорех,

где стыд твой разрежен и горний.

И вякнет монетка свой звук

неслышимый и неподвижный,

упав с тёплых век у старух

к похлёбке у ног чечевичных.

Но, если колеблется смерть,

здесь рядом с тобой оказавшись

то стоишь её ты, как лист

деревьев своих, вдоль пропавших,

когда рассыпается свет

и трогает свой позвоночник

как [в комнате детской] ночник

свой выдох, что падает в дочек.

    (30/01/2016)

«Что за сила покинет зерно…»

Что за сила покинет зерно

сделав петли у стебля черней

в затворённое дно удлинится,

[из следов и корней

свяжет птицу и тень шерстяные,

и список имён,

вложит в глиняный рот

а затем, как ожог, разобьёт]?

Что за выдох здесь был

и на вырост зачем тебе дан —

как порушенный август и хвостик

синичий? И в токе семян

выбран ты, и зашит в своём теле,

как в шубы январь,

выдыхая лицо, как ожог,

что течёт за зерном в киноварь?

    (31/01/2016)

«Иная очередность поворотов…»

Иная очередность поворотов,

животных, световых шумов-ежей,

что обгоняют души и пилотов —

огней своих монашеских нежней.

Ты поднимаешь, что проговорила,

что уронила в темени бултых —

вода расходится среди немногих женщин

и трещин, растворившихся на них.

Ты понимаешь, ты не говорила,

и ты не существуешь здесь ещё —

возможно, что тебя сейчас забыло

здесь время – то, которое ничьё.

а хлеб преломлен неба низкой призмой,

когда ты начинаешь мною жить

и сыплешься вокруг меня так дивно,

что вечность забываю как не быть.