Кто дал тебе имя богини, красавица муза?

– Я не могу ждать ни минуты более! – Нетерпение молодого человека тут же заставило его бросить на переднее сиденье плату за проезд и пулей выскочить из автомобиля.

Он перекинул через плечо сумку и что было духу побежал к условленному кафе под грозным названием «Минотавр»

К удивлению даже самого себя он прибыл на место на две минуты раньше, и стал тут же искать кого-то глазами, тяжело дыша и вытирая рукой мокрое от пота чело.

– И вот кто она из всех этих прохлаждающихся под зонтиками? – Зло буркнул он, оставаясь сам под палящим солнцем.

Неожиданно одна из молодых женщин в голубом платье слегка кивнула ему головой и жестом показала присесть рядом с ней за столик.

– А это ещё что за птица высокого полёта? Слава Богу что наш разговор будет недолгим, а после пусть улетает откуда и прилетела. Тоже мне аристократка. Ну ты посмотри на неё? Она снизошла до милости пригласить присесть рядом с ней. Снобы….. – Это всё молодой человек проговорил про себя, быстро подойдя к месту, где молодая девушка обосновалась и тут же машинально подал руку для приветствия.

– Здравствуйте. Я Ставро. А вы по всей видимости Беренис – приносящая победы.

Прекрасная молодая особа с каштановыми волосами и пронзительными карими глазами с неохотой подала руку молодому человеку, который стоял над ней в мокрой футболке и каких-то мятых шортах.

– Похвально, вы даже потрудились узнать, что в имени моём. – Она пыталась всячески скрыть свою надменность, но у неё плохо получалось играть роль дружелюбного человека.

– Я боялся не успеть, так как такси попало в пробку, пришлось применить в ход только свои ноги. – Ставро уселся на против, отбросив длинную чёлку со лба и тут же полез в сумку. Достал оттуда пожелтевший конверт, на котором не было ничего написано и извлёкши из него лист бумаги положил его перед своей собеседницей. – Вот это короткое письмо, в котором кто-то приносит извинения за свои деяния.

Беренис взяла в руки листок и осторожно развернула его.

– Нигде не указано, когда это было написано и кем, всего лишь некто повествует об ужасном преступлении, и то не говорит о каком именно и почему-то просит прощения у Жистена де Даммартена.

Краткость – сестра таланта. А это не кто иной, как мой прадед, о котором говорить в нашей семье было строго воспрещено. Более того до сих пор никто не знает, что с ним произошло на самом деле. По скупым фразам моего деда он просто исчез. Уехал однажды в неизвестном направлении и больше о нём никогда, и никто не слышал.