Полвека позади. Стихи

Осознать ли тогда, сколько лет,

Помешавшись от запаха призрачных астр,

Позабыв обо всём, я гонялся за тенью.

Сколько дум и мучений

Вмещал каждый год!

Стал глотать я успеха

Хмельные бокалы.

Взять судьба в тот момент

Захотела реванш:

Был нарушен священный Аида запрет —

И смущённая взглядом живым

Тень меня не узнала.

И вернулась в тот мир, где рассыпан

Асфоделовых лилий сиреневый замш.

Побежал я за тенью

Вдоль острых камней

Глубоких и шатких уступов.

Вот я снова у Стикса,

И кифара разносит мучительный стон.

Долго звал я на помощь

Скупого на милость Харона.

Но не шёл на мой зов скорбный кормчий —

Смиренный и мудрый Харон.

И живу вновь безропотно

Я в Аркадских долинах.

И ладонь, как и прежде, сжимает

Семиструнной кифары хрупкие планки.

И унылых песен потока

Не услышать конца.

Но я знаю, в тот час,

Когда тело моё

В буйной оргии растерзают вакханки,

Безмолвием вечным элизиум свяжет

Разделённые суетной жизнью сердца.

    1993 г.

«Над сонными полночными мечтами…»

Над сонными полночными мечтами

Чужие раздавались голоса.

Сплелись деревья воздуха браздами,

Распались горизонта пояса.

Кругом – пустынные виденья;

Хрустящий рёв машин, свет розовый звезды.

Мне грезятся разливные волненья;

Мир, создающий свежести плоды.

Вздох марта, гул забот тоскливых,

Каких-то властных сил крутой напор.

Раздумий потных грустные мотивы,

В груди – потуги творческой позор.

Портрет фаюмский смотрит сквозь гирлянды,

И диск луны так ненавязчиво завис.

И запись старая откуда-то слышна:

Рахманинов играет «Вокализ».

Стук башмаков – горизонтальный шорох,

И дискотечный визг на этаже.

Проблем житейских бесконечный ворох,

Собрание ворон на краденой меже.

Не то ночной бедой, не то весенней сагой

Пахнёт от закоулков лопастей.

Ты, Красноярск, живёшь промозглой брагой

Твоих, как пламя адово, огней.

    1993 г.

«Пустота…»

Пустота

невосполнимая,

Суета

неудержимая,

Обречённость

несразимая,

Безысходность

неделимая

И тоска

неумолимая.

    1995 г.

Крест

Две плоскости сразились меж собой.

Одна застыла твердою землёй.

Другая вертикально вверх пошла

И поднебесный Дао родила.

Из четвертованных стихий, времён и мест

Роза ветров оборотилась в крест.

    1995 г.