Мой дядя Пир-Будаг

Итак, вооружившись кремневой винтовкой, которой можно было при нападении воспользоваться только раз (ибо до того, как стрелок успеет ее перезарядить, противник мог пробежать версту и броситься в рукопашную), мой дядя Пир-Будаг сел на прикрытые соломой мешки и благополучно доехал на арбе до райцентра. Здесь он выгрузился в доме кунака, расплатился с аробщиком и отправил хозяйского сына в село за ишаками и людьми.

К селению нашему от райцентра можно было добраться только верхом или пешим по крутым тропам и перевалам.

Все наши родные были безмерно обрадованы, а некоторые даже возгордились, когда целый караван ишаков с сопровождающими прибыл в село.

Это был пятничный день – день поминаний и пожертвований. Мой дедушка приказал сварить большой котел зерен пшеницы, заправить кашу жиром вяленого курдюка, добавить семян тмина для принятия аромата и разнести по бедным домам. И еще он велел один тюк бязи разрезать на куски и раздать бедным родственникам, обнищавшим вдовам и сиротам.

В эту пятницу в наш дом без конца шли люди, чтобы выразить благодарность моему дедушке, его сыновьям и остальным родственникам, пожелать им земных благ, а усопшим – вечного блаженства в райских чертогах.

В те дни, когда дядя Пир-Будаг был отправлен в город за плугом и зерном, дядя Арслан-Бек, собрав всех членов своей коммуны, пошел поднимать целину.

Мне тоже дедушка разрешил идти с Райганат и Хадижой, а жене дяди Арслан-Бека как молодой невестке позволили остаться дома.

Мужчины шли во главе с дядей Арслан-Беком впереди. Женщины с кирками, лопатами шли за мужчинами. Вездесущие мальчишки и девчонки, в их числе и я, замыкали шествие.

Земельный участок, выделенный жителям нашего села, был расположен на плешивом пологом склоне. Он был отделен впадинами от других высот, обращенных в широкую долину, на дне которой струилась небольшая речушка.

С северо-западной стороны участка громоздились тесным скопом обрывистые скалы, отвесные стены которых с несолнечной стороны опускались в мрачную теснину, сплошь загроможденную осколками гранита и большими валунами.

Эти безжизненные серые скалы, на вершинах которых обитали орлы, люди старались обходить. А нас, детей, которым было привычно однообразное уныние гор, это «Убежище шайтанов» привлекало таинственностью, устрашающим названием.