Призрак на задании

И господин королевский инспектор, кажется, вовремя об этом вспомнил, потому что неохотно кивнул и, отвернувшись к окну, надолго замолчал.

Когда мы подъехали к зданию КБР, на улице было уже светло.

Не скажу, что я была так уж счастлива видеть эту контору, но делать нечего – на протяжении ближайших двух лет мне предстояло каждый день сюда возвращаться и всякий раз лицезреть своего буйного шефа, которому давно стоило преподать пару уроков по этикету.

– Дом, милый дом… – пробормотала Бумба, выскочив наружу чуть ли не вперед открывшего дверцу мага.

Мы с дедушкой выбрались из экипажа последними и подняли глаза на возвышающуюся над нами серую каменную громаду. Угрюмую, мрачноватую и слишком сильно контрастирующую с симпатичными домиками на другой стороне улицы.

– Что-то мне разонравилась эта идея, – пробормотала я, отыскивая знакомое окно на втором этаже и силясь избавиться от ощущения пристального взора.

– Один-единственный раз меня сюда приглашали, – в тон добавил дедушка.

Лорд Лайс мудро промолчал, но вежливо придержал дверь, позволяя нам, как гостям, войти первыми.

Внутри здания за прошедший месяц ничего не изменилось. Все так же в кабинетах кипела работа, все так же сновали туда-сюда деловитые люди в строгих костюмах… правда, сегодня их было гораздо меньше, чем обычно. Но при этом все ужасно спешили, из-за чего, наверное, нигде не останавливались и ни с кем по дороге не говорили.

– Привет, Лили! Давно не виделись! – шепотом выпалила спускающаяся по лестнице Шиела, в руках которой покачивалась увесистая папка с бумагами. Радостно мне улыбнувшись, она торопливо сбежала по ступенькам, вежливо раскланялась с лордом Лайсом, с любопытством оглядела дедулю, а потом шмыгнула в приемную и уже оттуда добавила: – Зайди ко мне, как освободишься, ладно? Есть разговор.

Я от изумления чуть не поперхнулась, но кричать в ответ было неудобно, особенно когда все остальные старались молчать, так что пришлось отложить вопросы до лучших времен.

На втором этаже мы, как ни странно, вообще никого не встретили. Длинный, убегающий в бесконечность коридор был девственно чист, абсолютно пуст, и даже шуршания бумаг в кабинетах не было слышно.