Лизочкино счастье

– Так, Павел Иванович, – весело подхватили дети, которым сразу понравилась их новая маленькая подруга.

– Ну, вот и отлично. Да здравствует Лиза! – вскричал господин Сатин. – Или нет, – поправился он, – ведь у нее должно быть другое имя для театра. Лиза – это звучит слишком просто. Пусть она у нас в кружке впредь называется Эльзой. Мы так и будем знать, что у нас теперь новая артистка Эльза. И так, да здравствует златокудрая Эльза, наша будущая принцесса, Золушка и Красная Шапочка!

– Да здравствует златокудрая Эльза! – подхватили мальчики и девочки, сидевшие за столом, ласково поглядывая на сконфуженную Лизу.

Даже Павлик, занявшийся было принесенной ему Костей Корелиным пастилой, и тот забыл о ней на минуту и, с набитым ртом, потянулся целовать Лизу.

Глава IX

Лиза сходится со своими Новыми друзьями

Учинив расправу над провинившейся Мэри, Павел Иванович и его супруга уехали по делам, приказав высокой, бледной барышне – помощнице Анны Петровны Сатиной, приставленной к труппе в качестве гувернантки, – распорядиться обедом.

– Я рада, что Мэри наказали, – произнесла маленькая, рыженькая девочка, похожая на лисичку, которую звали Марусей Виркиной в жизни и Мими – по сцене.

– Да, да, и я тоже, – подхватили в один голос Пика и Ника.

– Понятное дело, и я, – улыбаясь добродушной улыбкой, произнес Мишук, – она такая сердитая, все злится, ругается и даже щиплется. Ты знаешь, Эльза, – обратился он к Лизе, – мне постоянно приходится играть ее пажей, потому что я не гожусь ни на что остальное, а моей королевой всегда бывает Мэри, и когда я запутаю по нечаянности ее шлейф – пажи ведь должны носить шлейфы своих королев, – она так больно щиплет меня потихоньку от публики, что я чуть не плачу, в то время когда мне приходится делать радостное лицо и улыбаться, потому что Павел Иванович говорит нам, что никому не весело видеть сердитое и недовольное лицо на сцене.

– А это очень трудно, должно быть, играть на сцене? – робко осведомилась Лиза, решившаяся, наконец, задать первый вопрос своим новым знакомым.

– О, нет, – поспешила ее успокоить Марианна, – совсем нет.