Пламя для дракона

– Оруан назван отсталым миром не потому, что у вас почти не осталось магов, – откровенно наслаждаясь моим замешательством, сказал Элай. – Это маги перестали рождаться, когда вы потеряли тех, кто дал им силу. Арре, вы в курсе, какие существа являются природными резонаторами магии?

У меня в груди что-то неприятно сжалось.

– Но их ведь больше не осталось!

– Кто вам сказал? – как во сне, услышала я голос Элая. – Добро пожаловать в единственную в Веере Школу наездников для драконов, арре! Надеюсь, обучение будет для вас полезным.

Драконы… Древнее проклятие моего мира.

Когда-то разумные рептилии были покровителями и защитниками на Оруане, а увидеть в небе крылатую тень считалось доброй приметой. Благодаря драконам в нашем мире цвели ремесла. С их помощью маги достигали таких высот, о каких теперь даже говорить страшно. Могущественные повелители стихий, покорители ветров, хранители лесов и морей, великие строители, талантливые зодчие, прекрасные художники и непревзойденные в мастерстве творцы… люди в то время могли почти все.

Но однажды все изменилось. Небеса потемнели от вышедших на охоту крылатых властителей. От их тяжелой поступи останавливались сердца. От их дыхания горели леса, поля, дома… а люди умирали сотнями и тысячами, порой даже не успевая понять, за что и почему.

О причине нападения драконы ничего не сообщили. Их боевой клин тяжелым молотом обрушился на сонные деревни, убивая всех без разбору. Кого – огнем, кого – клыками и когтями, а кого – вырванными с корнями деревьями или огромными валунами, играючи поднятыми со своих мест.

Было ли все именно так или же летописи, как обычно, писались победителями, мне неведомо. Но каждый ребенок на Оруане знает, что за совершенное предательство крылатые твари были прокляты. Им не простили ни сожженных городов, ни обезлюдевших земель, ни сровненных с землей деревень.

Признаться, я не очень верила в страшные сказки, и даже трепетно хранимые летописи у меня большого доверия не вызывали. Наш Крим, конечно, городок маленький, архив там еще меньше, но его единственный смотритель – истинный фанат своего дела, и в собранной им коллекции свитков нашлось немало текстов, в подробностях рассказывающих о безумии повелителей Оруана.