Хайям – наш современник. Восточные мотивы

Хайям добавляя к сказанному, предлагает снизить запросы до логически оправданного уровня. Всего в двух строках он делает это блестяще:

Не смешно ли весь век по копейке копить

Если вечную жизнь все равно не купить?

Эпикурейцы считали, что не надо ждать, когда счастье вам кто-то даст, надо самому себя сделать счастливым, а потом постараться сделать счастливыми окружающих. И если эту идею все будут претворять в жизнь, в конечном итоге это и приведет к всеобщему счастью. Наивно, но как красиво!

Такая «инициатива» снизу мне импонировала, ведь она была ничем не хуже всяческих инициатив сверху.

Ну представьте себе: выступает наш президент в программе «Время» и объявляет: «Завтра наступит всеобщее счастье!»

Все сразу – «ура!», все поголовно – «за!»

Только сильно сомневаюсь, что оно так вот и наступит, ведь уже к утру появится множество недовольных:

«Мне-то ладно, а соседу за что?»

Вникнув в учение Эпикура, пришел к выводу, что подход древних философов к вопросу внутреннего благоденствия мне оказался намного ближе, чем призывы к коллективному счастью.

Всегда предпочитал быть оптимистом-индивидуалистом и нашел у себя очень схожие мысли:

Со мною жизнь играла в поддавки,

То поприжмет, а то опять отпустит.

Все было: и подножки и плевки,

Но только не было тоски и грусти.

Тоску развею, сам себя же рассмешу,

А грусть друзья разгонят и подружки.

Живу я просто: зачесалось – почешу,

А пить хочу – возьму попью из кружки.

Пусть кто-то мучается тем, что он умрет,

А я об этом думать не желаю

Принципиально. Ну придет так и придет.

И сам себя за это уважаю.

К чему грустить о том, что не пришло

И тосковать о чем-то безвозвратном?

Пусть наша жизнь хоть и куда ни шло…

Пусть так, пусть и куда, а все ж приятно.

Когда Хайям со своими рубаи проник в Европу, то для многих его откровения стали шоком. Вольность, если даже не в поступках а в мыслях, для многих была неприемлемой.

Среди гурий прекрасных я пьян и влюблен

И вину отдаю благодарный поклон.

От оков бытия я сегодня свободен

И блажен, словно в высший чертог приглашен.

Моя жемчужина!

Успей, пока в цене,

Себя порадовать и стать отрадой мне.

Так быстро дни пройдут, придут такие ночи,

Когда не свидеться нам даже и во сне.

Кто урод, кто красавец – не ведает страсть.

В ад согласен безумец влюбленный попасть.