Легенда о сломанном городе

И даже не просто изменила – она попросту удрала с заезжим фокусником из мюзик-холла «Дирижабль-Арена», оставив двух дочерей на попечение отца.

Впрочем, месяц спустя ветреная жена вернулась и начала слезно молить прощения. Озеров ее не принял. Бывшие супруги стали жить отдельно.

Дочки, как это положено по закону, остались с матерью. Но каждую пятницу Иван Алексеевич приезжал к ним, дарил дорогие подарки, и все выходные проводил с ними.

Эта пятница не стала исключением.

Озеров предвкушал долгожданную встречу.

Ему приснились Варя и Аня, но почему-то уже взрослые, причем старшенькая была в платье невесты. И только он успел спохватиться, а где жених, как резкий визг тормозов разбудил его.

Поезд отчего-то остановился. Озеров глянул в окно, где на долгие километры простирался безрадостный пейзаж. Природа Осколии не отличался красотой и разнообразием. Сплошные болота, болота, болота…

В эту минуту в вагон зашел начальник поезда в ярко-синем кителе и форменной фуражке красного цвета – это были отличительные цвета осколийских железнодорожников.

На него тут же обрушился шквал вопросов от перепуганных пассажиров.

– Что случилось?

– Авария?

– Как долго мы будем стоять?

Начальник вздохнул и сделал предупреждающий жест рукой.

– Дамы и господа! – решительно воскликнул железнодорожник, когда гомон в салоне поутих. – Приносим свои искренние извинения по поводу

неожиданной остановки, связанной с техническими…

Тут начальник еще раз вздохнул и продолжил уже по-человечески:

– Во Флагманштадт пока не пускают.

Как только дадут разрешение, мы тут же поедем.

С этими словами он приоткрыл тяжелую дверь и мгновенно скрылся в следующем вагоне.

Как только он ушел, шум и гам стал нестерпимым. Пассажиры начали выдвигать самые нелепые догадки относительно остановки поезда.

Озеров же отвернулся к окну, пытаясь не слушать вздорные разговоры.

Начальник поезда вернулся минут через двадцать, и вид у него был весьма встревоженным.

– Господа пассажиры! – торопливо произнес он. – В ближайшие три-четыре часа состав точно не поедет. В город по-прежнему не пускают.

– А нам-то что делать? Взлетать? – сварливо поинтересовалась дородная госпожа с крохотной собачкой под мышкой и аж покраснела от негодования.

– Ох, – ответил замученный железнодорожник.