Мертвая долина. Том второй

Я вздрогнула от неожиданности, но тут же опомнилась и, почтительно склонив голову, тихо повторила:

– Меня зовут Гайка, святой отец.

– Откуда ты родом? Зачем приехала в Нерал?

Так. Врать нельзя – почует. Говорить правду нельзя тем более – удавит. Дергаться сейчас вредно – насторожится. А бежать нет смысла – мне все равно надо в город. Поэтому придется снова изворачиваться.

– Я с юга, господин, – как и в прошлый раз, ответила я чистую правду. – Очень издалека. А сюда пришла для того, чтобы увидеть один из главных храмов.

– У тебя очень необычная дейри…

Твою маму! И этот туда же!

– Да, святой отец. Я знаю.

– Кто дал тебе «чистую» метку?

– Дедушка, святой отец.

– А вторую?

– Святой отец в Дежках, – смиренно ответила я. – Он тоже отметил, что у меня необычная дейри, и посоветовал обратиться в храм. А еще он сказал, что это – знак владыки. И что ему было бы угодно видеть меня в своем доме.

Некромант чуть сузил глаза.

– Когда это случилось?

– Несколько дней тому назад, господин.

– Вот как? – почему-то удивился он, а потом отчего-то задумался, продолжая изучать меня, как какую-то диковинку. Даже нахмурился ненадолго, как тот, другой. Прикусил губу, как будто все еще сомневался. Однако потом все же медленно наклонил голову и странно усмехнулся. – Что ж, владыка действительно ценит все необычное. А твоя дейри очень редка. Точно так же, как редок и твой дар. У тебя в роду были ведьмы?

– Да, святой отец, – послушно кивнула я, мысленно проклиная настырного жреца на все лады.

Некромант усмехнулся шире.

– Это меня как раз не удивляет. Удивляет другое: как она могла прятать тебя так долго? С таким-то даром?

Я опустила ресницы.

– Я родом из глухого уголка, господин. У нас нет своего жреца.

– Плохо, что нет. Но это поправимо. Ты приехала одна?

– Нет, господин. С братом и дедушкой. Он очень болен.

– Чем?

– Я не знаю, господин, – вздохнула я. – Но бабушка не смогла бы ему помочь. А когда она умерла, он захотел взглянуть на настоящий храм.

Некромант задумчиво оглядел меня с ног до головы, но, к моему огромному облегчению, к левой руке интереса больше не проявил. Только хмыкнул снова, вполне благодушно кивнул и, кинув в сторону отвлекшегося бугая в доспехах выразительный взгляд, изобразил радушную улыбку.