Не проклинайте мужа Светом

– П-прости, п-повелитель… это больше не п-повторится…

– Я не намерен терпеть тебя дольше необходимого! – прошипел муженек, стискивая горло демона когтями. – Или, может, ты решил, что на тебя мои приказы не распространяются?

Старый мухомор судорожно хватанул губами воздух и посинел, красноречиво показывая, что совсем не придуривается. Я, прикусив губу, на мгновение заколебалась, но потом все же метнулась к разъяренному мужу и, собрав с крыла жалкие остатки пыльцы, дунула Князю прямо в лицо.

– Не убивай его, Князюшка, – торопливо зашептала я в заостренное мужнино ухо.

 – Он тебе еще пригодится – старый, неглупый и весьма наблюдательный демон, до самой своей смерти преданный лично тебе. Прошу, успокойся, мой дорогой. Не калечь дурака. Он потревожил твой покой не со зла…

Князь озадаченно моргнул и дернул ухом, возле которого застыли мои губы. Затем стремительно перекинулся в крылатое чудовище. Не задержавшись в привычном облике ни на миг, снова обернулся человеком. Подозрительно принюхался. Оглянулся.

Наконец шумно выдохнул и, разжав когти, глухо обронил:

– Так и быть. Живи.

После чего развернулся и, грохнув дверью, вернулся в комнату, откуда почти сразу послышался недовольный рык, чей-то испуганный писк и торопливый шорох быстро убегающих ног.

– Фу-у, – одновременно выдохнули мы с дедком, выразительно переглянувшись.

– Суров, однако, Князюшка. – Я утерла выступивший на лбу холодный пот. – Тебе крупно повезло, что именно на него моя пыльца действует успокаивающе, не то кормить бы тебе сегодня церберов на его псарне.

А то, может, и в пыточном подвале целый день куковать.

Старик нервно потер шею и кинул на меня оценивающий взгляд.

– Зачем заступилась? Не родственник я тебе, не советчик, лишь слуга нерадивый, усомнившийся в твоем праве приказывать.

– Ты, дедуль, не прибедняйся, – хмыкнула я, поправляя волосы. – Муж мой свиреп, но отходчив и справедлив. Если б хотел убить, я бы его не остановила. А раз не тронул, значит, нужен ты ему. Пользы приносишь больше, чем вреда.

Да и мне, чего скрывать, без тебя трудновато будет до книжек добраться.

– А как поняла, что я Князя не предам? Откуда про клятву Тьмой прознала?

– Муж мой возле себя никого другого не потерпит. Только абсолютная преданность. Безупречное, усиленное страхом смерти служение. Не стал бы ты ему клятву приносить – не жил бы сейчас в этих апартаментах. Надеюсь, мы в расчете?

Дед, хитро прищурившись, усмехнулся.

– Пожалуй, что так, госпожа.