Не проклинайте мужа Светом

 – До двери только добегу, на закат полюбуюсь – и все.

У преподавателя дернулась верхняя губа, обнажая длинный и на редкость острый клык.

– Даже. Не. Вздумай.

– А то что? – невольно заинтересовалась я, на всякий случай все-таки сделав еще один крохотный шажок назад и прижавшись спиной к стене. Выхода, правда, не видно, но, может, я его на ощупь найду? Пятая точка у меня ой какая чувствительная… и прямо вопит о том, что пора бежать.

– Я не всегда такой терпеливый.

Я сделала вид, что задумалась.

– Нет, – выдала наконец с самым серьезным выражением лица.

 – Жалеть я ни о чем не хочу, поэтому, пожалуй, откажусь от вашего щедрого предложения.

– Хорошо подумала? – обманчиво мягким голосом осведомился он.

Я сокрушенно развела руками.

– Так подумай еще раз. Я многого не потребую – всего лишь добровольное согласие твоей темной ипостаси в обмен на отсутствие сложностей с учебой. Оцени выгоду, суккуба. Разве она не стоит моего хорошего отношения?

– Боюсь, что нет.

И вот тогда у преподавателя изменилось лицо.

Глаза сузились, а кожа на лице пошла мелкими бугорками, словно под ней скрывался не обычный человеческий череп, а крокодилья морда с костяными наростами вместо чешуи.

– Хорош-ш-шо, – прошипел он, нагибая голову и с трудом выговаривая слова из-за мешающих клыков. – Тогда я спрош-шу иначе…

Его фигура внезапно подернулась дымкой и словно бы поплыла, размазавшись в пространстве, как будто не могла удерживать стабильную форму. Человеческий облик начал сползать с него, как старая кожа, а из-под белесоватой пленки ненужного больше образа начали проступать совсем иные черты.

– Что скажешь теперь, Хель? – знакомым до боли урчащим голосом спросил Мессир, прижав меня к стене и наклонившись так близко, что я ощутила горячее дыхание на своем горле. – Хочешь увидеть свою мечту?

Я медленно покачала головой.

Не-на-вижу инкубов! Была б моя воля, уничтожила бы всех до единого. Мы, суккубы, тоже искушаем и обольщаем, однако мы меняемся для своего избранника целиком – внешне и внутренне, до мельчайших подробностей копируя то, что видим в чужой душе.

Отдаемся новому образу полностью, без оглядки, пусть и на какое-то время. Но при этом мы не убиваем, а лишь ослабляем очарованных мужчин. Не отнимаем у них мечту. Не иссушаем душу.

Инкубы же забирают у тех, кто попался в их сети, почти все. Влезают в чужую шкуру, как паразиты. Бесцеремонно пользуются и сбрасывают отслужившую свое маску, как только в ней исчезает надобность.