Путь с ветвью оливы

Так мне удалось убедить себя в том, что когда я прикладываю столько сил, она рядом.

Я перестал носить с собой блокнот и стал слушать аудиокниги, которые не уважала моя мама, но которые мне нравились куда больше чем любая музыка (уж так сложилось, что я не меломан).

Был апрель и мне пришлось ехать в университет на пару по психоанализу, а я терпеть не мог Фрейда с его болтовнёй о том, что все определяет наше бессознательное и в глубине души мы животные, его сексистские взгляды и умозрения, так что настроение было никудышное и мой выбор для прослушивания книгу «Одна как стебель сельдерея» итальянской писательницы Лучаны Литтиццетто, в которой она душевно и с иронией рассказывает о взаимоотношениях и каких-то бытовых вещах.

С закрытыми глазами меня клонило в сон, потому что вагон метро убаюкивал, и голова склонилась и стала двигаться в такт движению транспорта.

Я силой заставил разомкнуть глаза и слушать дальше, но никак не выходило сосредоточиться, так что пришлось достать наушники.

Но мне не суждено было отдохнуть, как и попасть на пару в этот день – мои планы на сегодня резко изменились и все из-за того, что обсуждала парочка справа от меня.

– Тонни, ты не должен говорить о человеке такие вещи, когда знаешь его только из рассказов твоих друзей.

– Саша, я понимаю твоё стремление оправдать все и всех на этом свете – это всего лишь признак врожденной и весьма глупой доброты – но ты же не будешь отрицать то, что говорила эта Элизабет с психологического факультета не является нормальным и может, нет, просто обязано быть наказуемым.

– Она была пьяна. Вспомни, что говорил Пауль: это была вечеринка посвящённая дню рождения Карлоса. Все были пьяными вдрызг и решили поиграть в правда-действие. Так что я бы не относилась к этим пересказам серьезно, потому что мало ли что может сказать пьяный человек, – хмыкнула девушка с чёрными прямыми волосами и уставилась в экран своего телефона.

– Саша! – всплеснул руками смуглый парень лет 20, с острыми скулами и пухлыми губами, которые дрожали на тот момент от возмущения. – Это ненормально! Если бы её парень Дин узнал, что она сказала, вряд ли бы его это обрадовало.

Тут же сердце ушло в пятки после того, как его рот произнес мое имя, произнёс как-то протяжено и с надрывом, как может сказать только очень злой человек.