История, в которой что-то происходит

А лучше у этих вон термос возьми. У каждого из этих, – Светлый махнул карандашом назад, – должно быть. В приоритете кофе, давай.

Сержант пошёл к стоявшим на берегу водохранилища рыбакам. Разномастные, с бурами в руках, в валенках и цветных куртках они полушёпотом обсуждали увиденное. К ним подходили местные, живущие в частных домах поблизости. Светлый обернулся и прикрикнул:

– Почему на тонкий лёд выходим, а?

Никто не ответил, все так же продолжили стоять, глазея, гомоня, пихая сержанту свои термосы и пакеты с едой, указывая толстыми рукавицами на середину водоёма, что-то друг другу объясняя.

Светлый присел у трупа: множество перстней (по несколько штук на каждом пальце), несколько толстых цепей на шее, большой крест на груди. Всё из золота с инкрустацией камнями. Антикварная вульгарность. Светлый снял один из перстней с верхней фаланги опухшего пальца утопленника и положил в передний карман куртки.

– Кто обнаружил труп?

Из толпы вышли двое. Очень охотно, очень взволнованно начали рассказывать, как ещё вчера готовились выехать поутру, как собирались, как «отбрехались» от жён. Светлый терпеливо ждал, неосознанно оставляя витиеватые штрихи карандашом в блокноте. Рыбаки перешли к сути: труп нашли, как только приехали, у самого берега, там же, где и лежит сейчас. Такое видят впервые.

Подошёл сержант, в одной руке – шапка, в другой – расписной термос.

– Запиши данные и бегом у всех приезжих интервью собирать. Местных не трогай. С местными я сам. Кое-что проверить надо, – добавил отрешённо Светлый.

Со скрипом, коряво урча, к самой воде подъехал старый полицейский фургон. Из него, в штатском, вышел широкоплечий, с будто вздутыми грудными мышцами Зор. Он вальяжно махнул сержанту, крепко пожал руку Светлому.

– Утро доброе.

Зор натянул резиновую перчатку, присел рядом с трупом и приподнял его, касаясь плеча.

– Эге, – громким басом выдал Зор, осмотрев спину.

– Да, – подтвердил Светлый.

– Третий.

– Третий, – кивнул Светлый.

– Богатенький экспонат, – продекларировал Зор, с сожалением глядя на свои промокшие чищенные ботинки. Он стянул перчатку и рассеянно положил её в задний карман брюк.