Год Белого Тигра. Повесть

Она стала рассказывать о нехорошей свекрови, которая настраивала сына против нее, а он во всем слушался мать, отчего и случались ссоры…

– Дошло до того, что моему терпению пришел конец, – закончила Татьяна Николаевна. – Я поставила ультиматум: или я или мама. Он выбрал мать…

– Да… Если бы у меня не имелось за плечами печального опыта, возможно, все услышанное показалось бы мне неправдоподобным, – сказал я и спросил: – А муж ваш, где сейчас находится?

– Он – далеко. В Североморске… служит по контракту.

Она смотрела на меня, ожидая дальнейшего моего участия. И мне захотелось сказать что-нибудь обнадеживающее.

– Ничего, Татьяна Николаевна, развод дело поправимое… Сегодня разведетесь, а завтра снова поженитесь…

Я не спускал с нее глаз и следил за реакцией на мои слова. Она некоторое время молчала. Видимо, взвешивала все «за» и «против» такого варианта развития событий. Затем категорично и коротко ответила:

– Нет.

Я ждал этого ответа. Ее категоричное «нет» в отношении бывшего мужа меня обрадовало.

– Жаль, что так происходит… А вообще, Татьяна Николаевна, никогда не нужно говорить «никогда»… Избитая фраза, но очень верная. Может, еще помиритесь…

Незаметно пролетело время, шумной ватагой спустились со второго этажа наши ребята, сказав, что нас с Татьяной Николаевной приглашают в отдел кадров. Там мы распределили между собой улицы и номера домов, где нам предстояло очищать дворы и сточные канавы от снега, и отправились каждый в свою сторону.

Работа, в самом деле, оказалась довольно интересной. Общение с бабушками и дедушками, которые принимали меня за школьного учителя, доставляло удовольствие. Они непременно звали меня в дом попить чаю, поговорить. Но как я мог оставить ребят работать, а сам пойти в теплое помещение? Напротив, брал у кого-нибудь из них лопату и отчаянно кидал снег, чтобы согреться от назойливого пронизывающего весеннего ветра.

Трудились мы всего два с половиной часа. Время пролетело незаметно. Мне, с любезного согласия Татьяны Николаевны, досталась младшая группа ребят, что позволило на час раньше, чем она, закончить работу. И я успел на автобус до того, как он ушел на двухчасовой перерыв.

В салоне, «оттаивая» после нахождения на холодном воздухе, я поймал себя на мысли, что все чаще в моей голове всплывает образ Татьяны Николаевны.