Иммигранты. Сборник рассказов

Соседка по квартире сказала мне, что в мебельный магазин на улице Репина привезли паласы. Времена были тяжёлые. В магазинах почти ничего не было, а если что и появлялось, то приходилось стоять в жутких очередях.

К тому моменту, когда я прибежала в магазин, там уже образовалась огромная очередь толщиной в четыре человека. Я побежала искать её окончание и увидела Лиду и Виктора. Они оказались последними в этой огромной цепочке.

– Вы крайние? – спросила я их, запыхавшись.

– Да, мы, – со счастливой улыбкой на лице ответили они одновременно.

Мы разговорились. Оказалось, что они живут со мной в одном дворе.

Очередь была огромная. Проведя в ней несколько часов, все поняли, что стоять придётся не один день. Кто-то придумал всех переписать. Получив номера, мы с Лидой отправились домой, а Виктор остался до вечера. Так и стояли несколько дней, чередуясь друг с другом.

За это время мы очень подружились. К моменту покупки долгожданных паласов, мы уже были как родные и знали друг о друге почти всё с самого рождения.

Оказалось, что Виктор окончил строительный институт и работал начальником строительно-монтажного управления. А у Лиды было всего десять классов. Она очень молоденькой вышла замуж и занималась воспитанием дочерей, которые родились одна за другой.

Жили мы в одном дворе и пути наши часто пересекались. Мы останавливались, беседовали, узнавали новости друг о друге. Чем больше я была знакома с Лидой, тем больше она меня удивляла. Мы встретились с ней в тот год, когда Лера пошла в первый класс.

Одновременно девочку отдали в музыкальную школу учиться игре на фортепиано.

Стояла дождливая затяжная осень. Небо всё время было тёмное, земля была похожа на густой кисель от избытка влаги. Лида быстрым шагом шла навстречу мне, неся в руках чёрно-белый клетчатый зонт, с которого стекали крупные капли дождевой воды. На ногах у неё были чёрные резиновые сапоги, запачканные кое-где тёмно-серой грязью. Взгляд её был сосредоточен на какой-то мысли. Волосы выбились из-под платка и растрепались.

Она как всегда спешила.

– Ты куда-то торопишься? – Спросила я, дотронувшись рукой до её локтя, и этим слегка притормозила её стремительное движение. Она остановилась. – Что-нибудь случилось?

– Да нет. Просто я очень переживаю за Леру. Мне кажется, что ей будет очень трудно учиться музыке. Я, – она слегка замялась, потом выпустила дух и выпалила, – я сама поступила в вечернюю музыкальную школу, чтобы всему научится и помогать дочке.