Адонис. Французская поэзия XV–XIX вв.

Но Аретузу я забуду ль молодую?

У девы бойкой той пронзительны глаза,

Пальмира белого пленила их краса.

С веретеном она справляться не обыкла,

Оленей по лесам преследовать привыкла,

Других ей нет забав: сколь счастлив был бы тот,

Кому она не страх – залог любви пошлет!

Та дева на коне примчалась величавом,

Ступал он так легко, что не сгибаться травам,

Под дивной всадницей конь славою сиял

И взгляд Адониса, как и она, пленял.

Вот пламя на челе вспылало роковое,

И шел он с гордостью заправского героя.

Таков был Аполлон, когда его Пифон

Покинуть вынудил священный Геликон.

Как Капус рассудил, лес ближний окружая,

Рассеялась толпа охотников младая,

Их крики, гул рожков и лай горячих псов

Предвозвещали страх хозяину лесов.

Был грохот до небес, глас эха помутился,

И сводчатый чертог тем гулом огласился.

Олени быстрые пустились кто куда,

Спасались и косуль пугливые стада,

Покинувши свои жилища потайные,

Небезопасны им теперь леса густые.

Чрез заросли скачком, по тропам наутек,

Удвоил каждый зверь усилия, как мог.

Болото топкое в лесной таилось сени,

Там нежился кабан средь гнусных испарений,

Валялся он в грязи, что чудищу как дом,

Презренный искони людьми и ясным днем.

Его охотники не трогали в той жиже,

Ценили жизнь свою добычи сей не ниже.

Вот затрубили в рог, и огласилась дебрь,

Жилища своего всё ж не покинул вепрь.

Но зверю приговор судьба выносит строгий:

Учуял дух его Дриоп четвероногий,

И все другие псы, приняв его сигнал,

Подняли лай такой, что воздух задрожал,

Охотников зовя к болотному укрытью;

Вся свора ринулась на зверя с дикой прытью.

Удвоился их гнев при виде кабана,

Но зверю гордому их ярость не страшна.

Скакун Адониса, у Ксанфа вод рожденный,

Не мог свой пыл сдержать, отвагой распаленный,

Кобылой был зачат на Иде от ветров,

Измлада вскормлен он в тени густых лесов.

Конь не страшился гор и диких круч высоких

И духом не робел пред ширью рек глубоких,

Утесы презирал, как и долины, он,

За ним не мог поспеть и быстрый Аквилон.

Адонис скакуна сдержал, чтоб быть со всеми.

Кабан на двух собак метнулся в это время,

Потомков Лелапса, что слез причиной стал,

Когда Кефал свою Прокриду утешал.