Человек Неба

Мы выскочили из облачности на высоте около 200 метров. Полосы ещё не было видно.  А когда она появилась, через пару секунд, я подумал, что теперь дотянем. Уже потом я просчитал ”чёрта с два!!!  Но тогда, наверное, так было легче.”

Лишь только коснулись земли, сдох сначала правый двигатель. Пожарные машины уже нас ждали в конце полосы и, когда мы добавили режим левому, чтобы освободить полосу, сдох и он.

Полёт продлился 14,5 минуты, я записал 15.

– Ну, ребята, сверлите дырки, ордена получать будете, – встретил нас комэска.

Лично я был не против. Половину оставшегося дня мы писали объяснительные записки и расшифровывали “черный ящик“. Вообще, чёрный ящик вовсе не черный, он оранжевый  шарик и называется магнитным регистратором полета. Выяснилось, что заводчики из Пермского моторостроительного завода устанавливали дополнительный пожарный датчик на двигатель и в нарушении технологии открыли масляный кран, забыв его закрыть.

Если нас награждать, то инженеру – сидеть (в тюрьме). Поэтому решили дело закрыть.

Чуть позже Гена Никифоров, старший штурман отряда, через наше руководство придумал наградить нас “За выдающиеся успехи по безопасности полётов“, и наградили 50 рублями, то есть по 10 рублей на брата.

Пока нас ещё не наградили, а день выдался напряжённым.

Поэтому приняли решение идти и расслабляться у меня.

Мы снимали квартиру почти в  центре. Люда почти не удивилась, что я пришёл не один, и лишних вопросов не задавала. Что-то мы в магазине купили, а что-то ребята притащили.

Моя жена-молодец быстро стол организовала, и первый наш тост был за безопасность полётов и чтобы всем всегда так везло.

Потом нам дали внеплановый выходной и потом мы снова летали.

Привалов Юрий Сергеевич через год попал в ещё, на мой взгляд, более тяжёлую ситуацию. Он летел проверяющим, а за штурвалом был В. Лемехов. Во время набора,– произошло разрушение части лопаток двигателя, и эти лопатки включили реверс, т.е. обратную тягу.

Представьте себе: один двигатель тянет вперёд, а другой – назад.