Любовь не выбирают

Начинаю уважать владыку за такой подход.

– Вы не могли бы снять шлем? – попросила я, увидев, что Риату собрался уходить. – Полагаю, вам и вашим лю… то есть моранам, приходится носить шлемы только потому, что здесь нахожусь я. И мне кажется, в этом больше нет необходимости. Согласитесь: если даже повелитель решил меня удивить, то вас уж я точно не испугаюсь.

«Мураш» после такого предложения откровенно заколебался. Но потом все-таки поднял руки и стянул с головы неудобную железку, открыв моему взгляду коротко стриженные, абсолютно прямые черные волосы, почти такое же бледное лицо, как у повелителя, и посмотрел на меня такими же страшноватыми глазами.

– Благодарю, – спокойно кивнула я, убедившись, что «демонические» глаза – это действительно расовая особенность. – Буду признательна, если вы и впредь не станете скрывать от меня лицо.

– Как пожелаете, госпожа, – едва заметно улыбнулся мужчина и, уважительно наклонив голову, вышел. А за ним сама по себе, как по мановению волшебной палочки, с тихим шорохом закрылась тяжелая дверь.

– Ну что, будем обживаться? – тихонько спросила я в пустоту, убедившись, что из коридора не доносится ни единого звука. – Эй, По, ты как?

Безучастно стоящая метла тут же встрепенулась и, плавно изогнувшись в рукояти, воровато выглянула из угла.

– Выходи, негодница, – улыбнулась я. – В ближайшие пару часов нас не потревожат, так что любоваться на твои выкрутасы будет некому.

Метла обрадованно тряхнула прутиками, сбрасывая с них налипшую грязь, повернулась рукояткой в одну-другую сторону, после чего весьма резво взлетела и принялась изучать предоставленное нам помещение.

Глядя на то, как она тыкается кончиком рукояти в покрывающие стены тончайшие кружева, словно пробуя их на прочность, я незаметно улыбнулась.

По – это самая первая вещь, которую я смогла, так сказать, оживить. Впервые в жизни увидев потрясающей красоты посох верховной белой ведьмы, я в свои полгода от роду была так поражена, что немедленно захотела себе такой же.

С тех пор По всегда со мной – верная, немножко вредная, но невероятно полезная спутница, которой по воле матери-богини досталась не только божественная искра разума, но и толика ее силы.