До самой границы зари

Лузы были заклеены мутным скотчем, края которого от возни по ним руками давно начали отклеиваться и загибаться – сама идея наклеить скотч на сукно было неудачной. Зелёное покрытие стола в местах активной игры было засалено, но тёмные пятна никто и не собирался отчищать. С потолка внимательно наблюдающим зрителем свисала люстра, представляющая собой старый тарелкообразный эмалированный каркас и тусклую лампочку.

– Стрит! – закричал Виталька – коренастый широкий мужичок с квадратным лицом, маленькими свинячьими глазками и сплющенным носом с густыми, но маленькими усиками под ним.

Он принялся сгребать себе кучку фишек с центра стола, выдавая радостные нечленораздельные звуки.

– Ё-мае! Да у него от счастья шляпа на башке ёрзает! – съехидничал Рустам. – Смаари, слюной не поперхнись.

Виталий, которого они из-за добродушного характера называли Виталькой, лишь смущённо улыбнулся.

– Ну-с, шляпа не шляпа, а подтяжки сейчас точно лопнут, – заключил Сиплый – мужчина пенсионного возраста, приходящий в это место каждый день в классическом костюме.

Шутки от него были большой редкостью. Спокойный рассудительный характер и опыт игры в несколько десятков лет поставили его в статус мудрого хранителя этой комнаты. В спорах чаще всего именно его мнение оказывалось решающим, и никто никогда не перечил его словам. Приговоры за мухлёж и нарушение общих правил так же выносились им, и о суровости наказаний местные завсегдатаи рассказывали легенды, переход которых из правды в вымысел тяжело было отследить.

Кроме Сиплого и Витальки, компанию Стасу и Рустаму иногда составляли Лёнька – молодой паренёк с вечно дёргающимся лицом, Вячеслав Николаевич – усатый бизнесмен, скучающий по лихим девяностым, и пара-тройка личностей вполне криминального характера. Сегодня же пятым человеком был Вилок – мужчина с густой бородой, из-за которой тяжело было определить, смеётся он над очередной шуткой или же нет.

– Начинаем новый! – спокойно сказал Сиплый, перемешивая карты.

– Когда вы уже крупье найдёте? – фыркнул Бородатый, скрестив на груди руки и развалившись на стуле.

Сиплый лишь слегка улыбнулся уголком рта.

– Если хочешь заменить меня – милости прошу.

– Да больно надо… Раздавай уже.