Один из российских олигархов

– Верю… – хочу, чтобы только ты это сделала. Да, и не сможет этого сделать никто, кроме тебя… – я это точно знаю. Скажи, что необходимо для этого?

Ты будешь меня слушаться? – спросила она шёпотом, касаясь губами его уха.

Он открыл глаза, сверкнувшие от злости, схватил её за руки выше локтей, резко отодвинул от себя, встал.

– И это всё, чего ты от меня хочешь?! Здорово придумано! У меня ещё одно забытое чувство проявилось: я восхищён!!! – Никогда! Я всегда буду делать только то, что хочу и никому не позволю мной командовать! Слышишь, никому! – Он крепко, до боли сжимал её руки.

– Слышу… и услышала бы, если даже ты не произнёс бы ни слова.

– Уходи! Немедленно… или я попрошу, чтобы тебе помогли.

Она скептически улыбнулась, пристально смотря ему в глаза.

– Вежливо как… А, почему бы сразу не попросить помочь – и всё кончено… или чувствуешь, что не кончится это никогда? Если думаешь, что, произнося свою последнюю фразу, не знала, что власть так просто не отдают, то ошибаешься – я это очень хорошо знаю, – она глубоко вздохнула, убрала его руки от себя, отошла снова к окну, он сел в кресло.

 – В твоей ситуации, чтобы отдать власть, надо отдать то богатство, которое имеешь… А имеешь ты нечестным трудом нажитое состояние и власть имеешь такую же нечестную, чёрную, и поднялся ты к ней … – она замолчала.

– Ну, договаривай: как я поднялся к ней?

– Надо ли?..

– Действительно… Надо ли? Одно название мне – «российский олигарх»!

– «Российский олигарх» – он отличается по смыслу от олигархов всех времён и народов, я бы его назвала «постсоветский-имперский олигарх» и в этих словах не только наследственная олигархия от времён имперских, но от советской высшей номенклатуры – от тех родовых связей, что не прерывалась никогда и думаю, никогда не прервётся.

– Да, в твоих словах… он замолчал, потом засмеялся и сказал, – да, я такой – судьба у меня такая.

– И что, гордишься этим?

– Горжусь! А почему бы нет?

– А надо бы стыдиться.

– А я не стыжусь.

– А надо.

Может быть, французскому, германскому или испанскому олигарху можно гордиться, но только не российскому – бывшему партийному и комсомольскому деятелю.

– Ну да, грабители мы своего собственного народа – читал, читал. А все иностранные олигархи честные, да? – Он снова, долил себе вина, отпил, спросил, – почему не пьёшь?

Она подошла к столу, выпила до дна оставшееся вино, затем налила пол-бокала, села в кресло. Всё это время он смотрел на неё исподлобья.