Вкус полыни

По причине того, что у него сломаны кости таза, он подвешен на каких-то тросах, широко раскинув ноги. Он истощён настолько, что по его скелету можно учить анатомию человеческого тела.

Беда с Бекдурды приключилась в городском саду. По какой-то причине, а скорее всего, в отсутствии таковой, он не понравился группе молодых националистически настроенных отморозков.

Они ударили его ножом в спину и принялись избивать и топтать ногами, а в конце своего изуверства, когда он потерял сознание, облили его бензином из баллончиков для зажигалок, сгребли вокруг него листву и засохшие ветки и подожгли.

Первыми, кто пришёл ему на помощь, как это ни странно, были бомжи, они и вызвали к нему карету скорой помощи…

Мне симпатичен этот офицер из далёкого и незнакомого мне Туркестана. Прежде всего, он восхищает меня своей силой духа. Я с ним веду беседы о национальной борьбе туркменов – «горше», которой он много занимался. Эта борьба в чем-то схожа с борьбой «самбо». В ней борцы борются в национальных халатах, подвязанных мягкими поясами.

Победитель должен бросить своего противника на спину или заставить его коснуться тремя точками.

О своём горе Бекдурды не известил родственников, чтобы не расстраивать их, и поэтому переносит все невзгоды в одиночку, без поддержки близких ему людей. Ему, как никому другому, нужна наша поддержка, и мы стараемся во всём помочь ему.

Вторым в рейтинге – курсант второго курса военного танкового училища по имени Николай. В отличие от Бекдурды, свою беду Николай организовал себе сам.

В период ночных учений, проводимых в училище, он решил вздремнуть на поле танкодрома. Улёгся на травке под бревном и заснул глубоким сном, не подозревая, что с ним может случиться беда.

«Хронический недосып» – явление в армейской среде весьма распространённое и хорошо известное тем, кто служил в армии. На втором курсе, в конце апреля, когда ещё не полностью сошёл снег, у нас были ночные занятия по установке противотанкового минного поля перед передним краем противника.

Я в составе отделения всю ночь проползал по-пластунски с двенадцатикилограммовыми минами в руках. По окончании установки минного поля у нас были в кровь истёрты руки и колени.

Вернувшись к себе в палаточный лагерь, мы не стали растапливать печь, несмотря на то, что в палатке было весьма холодно, а просто рухнули на кровати и заснули мертвецким сном. Утром, взглянув друг на друга, мы расхохотались – у всех был комичный вид.