Бас. Любимица Иллари

Неожиданно по храму словно ветерок пронесся, а затем весь зал без предупреждения осветился яркими золотыми огнями.

Я неверяще обернулась.

Бездна! Это что, шутка?!

Но нет. Похоже, не шутка. Как бы дико это ни выглядело, однако статуя Кхеметт, обычно безмолвная и мрачная, сейчас сияла, словно осененная солнечными лучами! А все потому, что полоумный вожак смиренно опустился перед ней на одно колено и стряхнул на пол щедрую россыпь багровых капель из рассеченного ножом предплечья.

Конечно, у каждого бога свои предпочтения в плане подношений. Кому-то в качестве жертвы достаточно квелой морковки, кто-то предпочитает золото, а некоторым, чтобы откликнуться, надо всего лишь услышать искреннюю молитву. Но даже у оборотней кровь в храмовых ритуалах – крайне редкий ингредиент. И если она проливалась, то это происходило лишь в исключительных случаях.

Самое странное, что волки, кроме солнцеликого Роттара, богов традиционно не признавали.

И вот теперь один из них решил призвать на свою голову Кхеметт?!

Придурок! Он вообще знает о последствиях?!

Тем временем сероглазый вожак залил подножие озарившейся светом статуи собственной кровью, поднял на богиню-кошку спокойный взгляд и так же спокойно произнес:

– Предлагаю сделку, двуликая.

– Ниал… останови его! – дрогнувшим голосом прошептала я. Но жрец, кажется, не услышал. А всего через миг кровь на полу начала стремительно испаряться. Еще через пару ударов сердца, когда у меня в душе все перевернулось, каменные плиты вновь стали безупречно чисты. Ниал, как верховный жрец нашего маленького храма, засвидетельствовал случившееся таинство. И это, в свою очередь, означало, что обряд завершен, а подношение оборотня действительно принято.

– Что ты хочешь? – снова повторил вопрос жрец, когда статуя погасла и зал снова погрузился в полумрак.

Оборотень поднялся с колен.

– Я уже сказал: нам нужна Бас. И ей придется поехать вместе с нами к друидам.

* * *

– Ниал, я тебя убью! – прорычала я, едва жрец показался на пороге спальни.