Охота начинается

Или полагаешь, я остался бы в трезвом уме после того, как рискнул без спроса коснуться чужого перстня?

Чужак хмыкнул.

– Это-то меня и смущает. Насколько близко ты знал мастера Нииро?

– А насколько близко ты знаком с верховным магистром Ордена? – усмехнулся в ответ я.

Лойд оценивающе прищурился.

– Как считаешь, могло ли случиться так, что Нииро ушел на охоту за Палачом, умышленно спрятав перстень где-то в другом месте?

– Хочешь знать, был ли он настолько уверен в провале, что решил заранее обезопасить свое наследие? – переспросил я.

– Тоже верно, – задумчиво протянул маг, и на некоторое время в экипаже повисла тишина.

Я не солгал Лойду – перстня при мне действительно не было. Я не дурак носить с собой посторонний магический артефакт, который к тому же никогда не будет подвластен мне полностью. Но вот о том, что он благополучно пылится на дне старого сундука, магу было знать совсем необязательно.

– Какое отношение ты имеешь к старику Рэйшу? – снова спросил Лойд, когда молчание стало откровенно угнетающим.

– Он был моим учителем, – ровно ответил я, подчеркнуто глядя чужаку в глаза.

– Ты действительно его сын? Вы не слишком-то похожи.

– Мастер считал иначе.

– Тогда почему он сообщил о твоем существовании Ордену всего три года назад? Почему умолчал о таком важном событии, как появление достойного ученика?

– Это было его право, не находишь? – усмехнулся я.

Да, это тоже правда. Копия документа, вот уже три года хранящаяся в тайнике и подтверждающая мое прямое отношение к древнему магическому роду, до сих вызывала у меня искреннее недоумение.

– Я могу взглянуть на его перстень? – неожиданно сменил тему Лойд.

Я, поколебавшись, приспустил с правой руки перчатку и продемонстрировал массивный перстень-печатку с невероятно сложной гравировкой и прекрасно известной в Ордене монограммой.

При виде ее Лойд кивнул и успокоенно откинулся на спинку сиденья, а я вернул перчатку на место и машинально погладил перстень сквозь толстую кожу.

Кольцо было старым, потемневшим от времени и носило на себе целый сонм честно заработанных царапин. Не чета той безликой штамповке, что получало большинство выпускников Ордена после окончания обучения.