Роман в пустоши

– Ноди, ты на Никесса не обижайся, – она склонилась к моему уху. – Просто он совершенно не привык, чтобы женщина указывала ему, что делать, а что нет.

– Да ради всех богов! Я тоже не привыкла, чтобы приходили чужаки и безжалостно относились к нашей земле.

– Я понимаю тебя, но… Это, наверное, сложно, но не обращай внимания. Он прислушался к тебе, это точно. Но виду ни за что не подаст – Ник слишком гордый.

– Да вот ещё, внимание обращать. В конце концов, это он тут без меня сдохнет, а не я без него, если уж говорить начистоту.

Дом отшельника встречал нас распахнутыми дверьми-воротами. Издалека всегда виделось, что он чудом держится на узеньком уступе западных гор. Но вблизи становилось ясно, что места здесь предостаточно: здесь уместился не только дом, но и просторный двор, и даже скромный садик с несколькими столбами, посвящёнными богам.

Это только на фоне огромных тёмно-серых гор красное пятно дома Старика выглядело ничтожным.

Из ворот мы попали в неширокий крытый коридор и проследовали во двор, окружённый оградой всё того же красного цвета.

– А я тебя ждал раньше, Ноди. Уже два часа прошло, как я открыл двери, – заскрипел он вместо приветствия.

– Да, что-то я сегодня я еле тащилась. Здравствуй, Старик!

Вообще-то он никогда не здоровался, в привычном понимании этого слова, конечно. Для отшельника каждая наша встреча была продолжением предыдущей, как будто и не существовало многодневных перерывов.

– Ага, ври дальше. Опять твои мальваре идут нога за ногу, – и обратился уже троице, застывшей у входа: – Ну проходите уже, и так поздно.

Старик пошёл запирать двери, а я разгрузила кошму, выпустив птиц в отгороженный угол двора к кормушке. Вот их-то не надо было просить дважды. Хлопая отростками крыльев и издавая противные звуки, они рванули к еде наперегонки.

И я их очень хорошо понимала.

Домашняя ягнятина, которую приготовил специально к нашему приходу Старик, надолго поглотила всё наше внимание. Он редко позволял себе такую роскошь, но для меня всегда придумывал что-нибудь новенькое. Думаю, на самом деле, ему жилось здесь довольно скучно, хоть он и сам выбрал этот путь.

Мы расположились на циновках в единственной на первом этаже комнате вокруг низенького столика.