Учитель

Нет, это неправильно – не иметь личного пространства. Начались бессонные ночи…

Через год муж переехал в другой штат, и Зиёде стало совсем страшно. Бывают разные недуги. Телесные болезни вполне можно излечить, а вот избавиться от тайных душевных ран намного сложнее. То же самое касается и неправильного восприятия неприятной действительности. Побороть эти проблемы собственными силами фактически невозможно. И уж точно нельзя предсказать, кто именно станет тем самым целителем наших душевных ран и появится ли он вообще.

Зиёда впала в депрессию. Все валилось из рук, нервы были оголены до предела. Ей перестали поручать вести передачи, ее просьбы по проведению интервью оставались незамеченными, проигнорированными.

Самый страшный момент в жизни каждого человека – это этап, когда он понимает, что совершенно один в этой жизни. Родные люди, любовь которых он принимал как должное, семья – все в один момент могут оставить. Мужчина, даже тот, которому полностью доверяешь, может предать без сожалений.

Именно в такой непростой момент жизнь Зиёды в одночасье изменилась. Причиной тому стал Он, ее друг Роберт. Роберт был сотрудником радиостанции. Он был мужчиной другой расы, но понимал и поддерживал ее в этой странной обстановке. Иногда Зиёде казалось, что он читает ее мысли. С ним ей было по-настоящему легко и хорошо. Слишком хорошо, чтобы продолжаться долго…

В редакции был шок. Каждый день Роберт и Зиёда были вместе.

Как объяснить, что становится началом взаимного притяжения двоих людей? Поначалу чувство зарождается в условиях необходимости понимания и помощи со стороны, начинается с одиночества одного и отзывчивости другого, с бескорыстной помощи тех, кто давно списан со счетов и от кого уже точно не ждешь помощи. Кажется, откуда ни возьмись зарождается незримая связь, редко доступная пониманию окружающих.

?

Как и ожидалось, далее последовало приглашение в кабинет шефа. В Ташкенте это называлось «вызов на ковер».

– Я вас слушаю, мистер Нусрати.

– Нет, это я вас слушаю. Какие у вас отношения с этим черным?

– Прежде всего он человек, и у нас хорошие отношения, человеческие.