Один день Ивана Сергеевича…

Один день Ивана Сергеевича…

Иван Павлов

Постмодернистская философия со студенческой скамьи 2002 года. Не лишена таланта, достойна вашего ознакомления. Да и времени много не отнимет. Книга содержит нецензурную брань.

Один день Ивана Сергеевича…

Иван Павлов

© Иван Павлов, 2020

ISBN 978-5-0051-1841-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

…Однако, когда я понял, что мир существует, я решился. Проделал короткий путь по крыльцу из трех ступенек и постучал в дверь.

– Кого там еще дети носят? – затем громче, – Кто?!

За дверью прокашлялись, затем послышался звук отодвигаемой щеколды и скрипнув, тяжелая дверь медленно отворилась. Моему взору предстал сухой седовласый старик, а перед ним соответственно оказался я.

– Ты еще что за буй? – спросил он с недовольством, оглядывая меня с головы до ног. И добавил:

– Чего к нам «приуздил»?

Я улыбнулся, как можно шире и в своей обычной нахальной манере произнес:

– Эй, блондин, отворяй ворота! Чего гостя на пороге держишь? Ты молодца накорми, напои… – Я подмигнул, – В баньке попарь, а уж потом мозги вкручивай! А то, что за буй понимаешь припёрся, – передразнил я деда.

– Ладно, хватит «уздеть», – засипел он, – Иди за мной.

И он двинулся по коридору, что сразу же начинался от входа. Я помешкав последовал за ним, аккуратно прикрыв за собою дверь. Пройдя с десяток метров, мы очутились в большом, но темном зале, чей потолок уходил в небо до самого пятого этажа. Ко всему этот зал был еще и столовой. В центре стоял стол.

– Эй, – услышал я, – Здорово!

Обернувшись, я увидел друга, старого друга и обрадовался (именно обрадовался, а не удивился). Мы сердечно обнялись.

– Вот, два ушлёпка нашли друг друга, – проворчал дед.

– Эй, блондин, не серчай, – парировал я.

– Да, дед ты чего? – воскликнул друг, – Это же мой товарищ! Мы с ним… Эх! – снова воскликнул он, хлопая меня по плечу, – Давай жрать.

Вот! Вот мысль о еде меня приятно окатила с ног до головы и с головы до пят щекотливой и приятной волной. У меня так всегда, в предвкушении чего-нибудь по мне волны бегают…

– Ух, «Глядь» какая, – то ли восхищенно, то ли возмущенно сказал дед.

Я обернулся и замер.