Бригантина в песках

Москва

Гитаре

От всех нехитрых благ земного шара,

Я лучших дней давно уже не жду.

И потому лишь ты, моя гитара,

Последний друг мне в будничном бреду.

Я часто мог прижать к груди, как друга,

Тебя одну на всей большой земле

И слушать, как струна твоя упруго

Звенит в опустошённой полумгле.

Не пела в те минуты ты пророчеств

И не плела спасительную нить,

Ты просто дни щемящих одиночеств

Мне очень помогала пережить.

Ты никогда меня не предавала,

Всегда звучала в такт моей души

И тихим перебором согревала

В холодной и безжизненной глуши.

И ты, конечно, помнишь, как звучали

Все песни, что я нам с тобой играл,

Ведь струны сами мне напоминали,

Когда я вдруг аккорды забывал.

Но, пережив ненастья и невзгоды

И разогнав сгущавшуюся мглу,

На дни, недели или даже годы

Я часто оставлял тебя в углу.

Прости мне это, верная подруга,

Прости все дни забвения в пыли,

И не кори рассеянного друга,

Напомни лучше ту – про корабли…

14 ноября 2009 г.

Москва

Воспоминания о Соловках

Я давно не был на Соловках.

Видно, север даёт мне тайм-аут.

И теперь вместо птиц в облаках

В моих сжатых от солнца глазах

Отражается злой Хадрама?ут.

И когда я охвачен хандрой,

Как в минуты тяжёлой болезни,

На гитаре своей боевой –

Она в Йемене тоже со мной –

Я пою соловецкие песни.

Те, что в нашем надёжном кругу

Так давно мы не пели все вместе

На далёком морском берегу

И под снежную злую пургу.

Я пою их в арабской сиесте –

И мне кажется, что лишь вчера

Я покинул холодные дали,

Где в лесах нас жрала мошкара,

Сквозь норд-осты рвались катера.

Будто только вчера вспоминали,

Как нас в море трепали дожди,

Как нам чайка за бортом кричала.

А мы всё продолжали идти

К появившимся там, впереди,

Накренившимся сваям причала,

Где на рейде толпились суда,

Богомольных паломников полны,

За кормою бурлила вода.

И, пожалуй, уже никогда

Не забудут студёные волны,

Как в тени монастырской стены

Над багрянцем вечернего моря

Звон упругой гитарной струны

Разрывал пелену тишины,

Словно шелесту волн этих вторя.

А мы грелись от углей костра,

Как в одежде из тёплого плиса,

И могли просидеть до утра,

Наплевав на морские ветра

И на вздохи холодного бриза.